Упаковав вещи обратно в тюки, Агнар сел и, обхватив голову руками, замер. В голове была абсолютная ясность, и, наверное, именно поэтому он не мог понять, как же это так случилось, что заснул он в подземелье альвов, а проснулся уже здесь, под солнышком, – мол, иди-ка ты, человек, на все четыре стороны. В первый момент он испытывал одну только досаду и обиду на существ, воспользовавшихся его неоценимой помощью, а потом просто вышвырнувших за дверь. А где же обещанная награда?

Но постепенно эмоции отступили, и пришло осознание – с ним поступили вполне вежливо и достойно. Альвы – не люди, бог их знает, как у них принято прощаться. Здесь находились все его вещи, в том числе и те, которые ему помогли изготовить в подземной мастерской. Есть у него и продовольствие, его хватит на то, чтобы добраться до любого человеческого поселения. Есть у него одежда про запас – мало ли что. И – самое главное – у него есть знания, которые он получил «в гостях», и эти знания у него никто не отнимет, и они такие необычные, что за них любой хороший кузнец отдаст все, что угодно. А знания лучше любой материальной награды.

Эти мысли успокоили викинга. Он встал, поймал коня, снял путы и навьючил вещи на него. Конь посмотрел на хозяина с укором, однако ему это не помогло. Скандинав не испытывал голода, поэтому сразу сел верхом. Он чувствовал себя ужасно глупо: он не понимал, где находится, в какой стороне юг, в какой – север, приходилось ехать наобум.

Конь уверенно шагал сквозь лес, то довольно густой, то редкий, но везде вполне проходимый, будто чувствовал стойло. «Ну вот, приведет меня обратно в поместье – то-то я себя дураком буду чувствовать. Ездил-ездил – и в результате обратно приехал. Кстати, судя по погоде, времени в гостях я провел немного. Все еще лето».

Жеребец вдруг остановился как вкопанный, и скандинав уже собрался ударить его пятками по бокам – но поднял голову и сам замер. На прогалине, куда они только-только въехали, стоял, задумчиво склонив голову набок, черный единорог.

Это был именно единорог, хотя в первый момент его можно было принять за великолепную красавицу-лошадь с лоснящейся шкурой и огромными выразительными глазами. И, конечно, у него был длинный, прямой, как стрела, черный рог с тонким кончиком.

– О-па! – вырвалось у Агнара. Он хотел было выругаться с досады и от неожиданности, но остановил себя – мало ли как чудесное существо отреагирует на брань?

Единорог помедлил и двинулся к викингу.

Тот торопливо спрыгнул с седла – встречать неожиданности ему было привычнее, стоя на земле.

– Слушай, я, конечно, не девица, – заторопился скандинав, припомнив что-то из легенд или сказок, – и даже вообще не баба… в смысле, не девушка, но… Это… – он лихорадочно копался в мыслях, пытаясь придумать, что именно «но».

– Ты думаешь, я сам не вижу? – сурово спросил низкий голос. Единорог остановился.

– Что – «не вижу»? – растерялся молодой мастер.

– Что ты не баба. В смысле, не девушка.

– Наверное, видишь.

– Ну, так зачем говоришь?

Агнар помотал головой и вдруг понял, что с ним разговаривает не кто-то невидимый, а сам единорог.

– Э-э… Я просто никогда раньше не разговаривал с единорогами. Не знаю, о чем и как говорить… Вот и…

– Я так и понял. Ладно, будем считать, тут виновато простое непонимание, – единорог наклонил голову набок и принялся пристально рассматривать лошадь. Потом шумно вздохнул. – Я почуял магию и решил, что здесь собратья. Как все это печально…

– Э-э… Ты надеялся встретить единорожицу… В смысле, единорожью даму?

Единорог задрал к небу кончик рога и захохотал.

– Вы, смертные, думаете только о том, как бы спариться с самкой своего вида, и другим приписываете такие же желания! Нет, я не об этом думал. Мне нужна помощь. Мне нужно немного природных чар. Я думал, собратья смогут мне помочь.

– Всем нужна помощь, – проворчал викинг, – кого ни встретишь. Ладно. Чем я могу помочь?

– А ты станешь мне помогать? – недоверчиво спросил черногривый красавец.

– По крайней мере, подумаю.

– Что пожелаешь взамен?

– А что с тебя можно получить? Верхом поездить?

– Можно и верхом, – единорог сочно фыркнул, и Агнаров конь отозвался таким же звуком. – Но ты же знаешь, на единорогах ездят только в страну чар и снов – слышал об этом?

– Теперь услышал… – развеселился скандинав. Волшебное существо нравилось ему все больше и больше. – Может, мне туда и надо. А помочь-то я чем могу?

– Мне нужно немного магии. Ты ведь чародей, да? От тебя сильно пахнет чарами. Я обычно справлялся сам, но тут вовремя не спохватился и ослабел, а в этих краях магия давно поделена между ши. А то, что осталось, захватили люди. Мне с людьми не тягаться. С ши – тем более. Ты чародей, может, сможешь помочь?

– Чем?

– Поделиться силами.

– Да я… – он шумно почесал затылок. – Я не умею.

– Ты – чародей?

– Пока еще нет.

– Ну вот, – расстроился единорог.

– И потом – я не смертный.

Волшебное существо смерило викинга подозрительным взглядом.

– А на ши не похож.

– Я не альв. Я просто перестал быть смертным. Ну, так получилось…

– Ваши человеческие штучки. Понял. То есть не понял, но это и не важно… Повезло тебе. Я знавал в прежние времена многих смертных, мечтавших стать бессмертными и поэтому пускавшимися на самые опасные, самые безрассудные эксперименты. Ты бы ухохотался, если бы послушал.