Дверь распахнулась, и в темном проеме показалась высокая фигура Лаваля.

– Дальше я поеду верхом, так что вам, сударыня, придется путешествовать в одиночестве, – насмешливо произнес он. – Впрочем, навряд ли это вас сильно огорчит. Устраивайтесь поудобнее, наш путь весьма не близок.

– Да куда же вы везете меня?! – в панике закричала Элиза.

– На побережье, в Корнуолл. Там мы будем ждать французскую яхту.

Арман исчез прежде, чем Элиза успела что-то возразить. Раздался скрип ключа в замочной скважине, и карета снова тронулась в путь. Какое-то время Элиза еще предавалась своим тяжким раздумьям, но вскоре незаметно уснула, убаюканная мерным покачиванием экипажа.

Проснувшись, Элиза не сразу поняла, где находится. Сквозь решетчатое оконце кареты пробивалось приветливое майское солнце, где-то совсем рядом самозабвенно пел соловей. Но стоило девушке чуть повернуться, как ноющая боль в затекших конечностях вернула ее к действительности. О, Боже! Кошмарный сон не кончился, наоборот, при ярком свете дня ужасное положение, в котором она находилась, показалось ей еще невыносимее.

Поняв, что карета стоит на месте, Элиза поспешно выглянула в окно. Она невзначай надавила на дверь, и, к ее удивлению, дверца экипажа распахнулась. Не заперта! Это открытие подействовало на девушку словно сигнал. Опасливо посматривая по сторонам, Элиза выбралась наружу. Рядом с каретой стояли привязанные к деревьям лошади, за густым кустарником просматривались силуэты мужчин, которые негромко переговаривались между собой.

Убедившись, что они не видят ее, девушка заспешила прочь от этого места. Идти в легких домашних туфельках по каменистым кочкам было трудно, но Элиза не обращала на это внимания. Скорее бы оказаться подальше от этих страшных людей, а там уж она как-нибудь выберется к какому-нибудь жилью.

Платье девушки зацепилось за колючий куст, и она, потеряв равновесие, с приглушенным криком упала на землю. Рядом послышалось раздраженное шипение, и Элиза с ужасом увидела в нескольких шагах от себя омерзительную черную змею.

– Мамочка! – завопила девушка, судорожно вскакивая на ноги. – Уходи, убирайся отсюда, гадкая тварь!

Запрыгнув на невысокий валун, Элиза в панике замахала на змею руками. Но, вместо того, чтобы уползти, змея изогнулась, и начала медленно приближаться к своей жертве. Внутри у девушки все похолодело. Словно завороженная, она неотрывно смотрела в блестящие глаза чудовища, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой.

Кусты с треском раздвинулись, и на поляне оказался Лаваль. Выхватив из-за пояса пистолет, он, не целясь, выстрелил в змею. Лесная тварь дернулась, отброшенная пулей, а затем свернулась узкой лентой и застыла в неподвижности. Небрежно отшвырнув ее ногой, Арман приблизился к дрожащей Элизе.

– Надеюсь, этот случай отобьет у вас желание повторить попытку побега, – хмуро взглянув на нее, с холодной усмешкой заметил он.

Его издевательский тон оскорбил Элизу, и она сердито пробормотала:

– Если бы не эта досадная помеха, моя попытка закончилась бы успешно!

– Не заблуждайтесь, – возразил Лаваль, подавая ей руку и помогая слезть с валуна. – Я следил за вами с того самого момента, как вы вышли из кареты.

– Тогда почему же вы не остановили меня раньше?

– Хотел посмотреть, как далеко вы сможете убежать.

– Вы, – от возмущения девушка не могла говорить. – Вы самый отпетый негодяй, какого мне только приходилось встречать!

Арман равнодушно пожал плечами, продолжая увлекать ее за собой к экипажу. Внезапно в носу у Элизы защипало от предательских слез. Как он может так жестоко относиться к ней? Ведь он только что спас ее от смерти, неужели даже это не растрогало его?

– Вы ведете себя со мной так, будто ненавидите меня, – жалобно пробормотала девушка, пытаясь вырвать у него свою руку. – За что вы так относитесь ко мне, Арман? Я же не сделала вам ничего плохого! С первой нашей встречи я была о вас самого высокого мнения, а вы оказались таким жестоким и бессердечным!

Остановившись, Лаваль повернул Элизу к себе и посмотрел на нее долгим тяжелым взглядом.

– Не старайтесь разжалобить меня, графиня. Я делаю лишь то, что велит мне долг перед моей семьей. И для меня совсем не важно, заслужили вы все это или нет.

– Но, – начала было Элиза, и осеклась под его гневно вспыхнувшим взглядом.

Посадив пленницу в карету, Арман ненадолго ушел и вскоре вернулся с небольшой корзинкой. В ней находились бутерброды с ароматной ветчиной и сыром и небольшая бутыль яблочного сока.

– Думаю, вам пора немного подкрепиться, – не глядя на Элизу, сказал Лаваль.

– Спасибо, я вовсе не голодна, – пробормотала она, упрямо поджав губы.

– Глупости, – отрезал Лаваль. – В мои намерения вовсе не входит морить вас голодом. В любом случае, ехать нам еще долго, и нужно поддерживать силы.

– В самом деле, ведь они мне еще понадобятся, чтобы дать отпор, когда вы приступите к исполнению вашего грязного замысла, – язвительно заметила Элиза.

Арман на мгновение замер, и его лицо медленно залилось краской. Но вслед за тем он беспечно встряхнул головой, как бы отгоняя непрошеные сомнения, и соскочил с подножки кареты.