— Куда же, в таком случае?

— В его особняк, — ответил Кейл. — Дроид проследил за микроавтобусом до границы Хибанга.

— Отчего не дальше?

— Так ведь на каждом доме стоят системы обнаружения, — пожал тот плечами, — Нас бы наверняка заметили. С большой высоты ничего разобрать, всё в зелени, а подогнать нормального разведчика вместо этой летающей видеокамеры мы уже не успевали.

— Скверно планируете операции, Кейл, — рассеянно сказал ему Тамир.

— Виноват, господин Варт, — понуро ответил тот.

В общем-то, серьезной вины подчиненного здесь не было. Во-первых, ему ставилась задача всего лишь наблюдать за катером и отслеживать перемещения Арье и Кусто. Во-вторых, он был прав: следить за кем-то в районе Хибанг — дело практически безнадежное. Право на частную жизнь там охраняется даже слишком ревностно: стоит мелькнуть тому же дроиду, сработают системы обнаружения и оповещения, и спасибо, если летающего кроху не собьют. А если собьют, разразится скандал, потому что хоть на дроиде и нет маркировки департамента, все и без того прекрасно знают, кто использует именно такие модели. И за кем, спрашивается, намеревался подсмотреть сенатор Варт? За коллегами? И с какими же целями? Особенно недоволен будет консул, а его недовольство может вылиться в такие формы, что лучше и не представлять…

— Кейл, — окликнул он. — Не переживайте. Вы узнали намного больше, чем я мог рассчитывать. А воздушная разведка в мои планы тоже не входила.

— Благодарю, господин Варт, — отозвался тот, немного повеселев. — Разрешите идти?

— Идите, — кивнул Тамир, снова погружаясь в задумчивость.

Что же все-таки было в этом контейнере? Ради чего понадобилось гонять катер невесть куда, а потом избавляться от экипажа? Что они могли увидеть, о чем проболтаться?

Тамир Варт знал, что с этой минуты глаз не спустит с Рауля Арье и рано или поздно узнает ответы на свои вопросы…

Следующие несколько дней слились для Грега в одну непрерывную… да, можно сказать, учебу. Ему и прежде приходилось поглощать огромное количество информации в самые сжатые сроки, но никогда — в таких ужасающих объемах. Спал он всего по нескольку часов в сутки, и то вряд ли это можно было назвать полноценным отдыхом: в гипносне кибер-преподаватель продолжал начитывать все новые и новые подробности из жизни Арау. Грег никогда не жаловался на память, а сейчас, видимо, стресс еще больше обострил его способности: он запоминал все, что читал, видел и слышал, и уже мог безошибочно ориентироваться в более чем странных реалиях Арау.

Чем дальше, тем больше Грег осознавал, что не просто влип, а влип серьезно. Это уже относилось не столько к самому факту его задания, а к личности, которую ему предстояло сыграть. Джейсон Мерсер, изволите ли видеть, не был человеком… ну, или был не совсем человеком, зависит от того, с какой стороны на это смотреть. Равно как не были вполне людьми и Рауль Арье, и Бэзил Кусто, и вся верхушка правительства Арау.

Генмодифицированные организмы, суперлюди или, как принято было говорить на Арау, высшие — назвать их можно было как угодно, но суть от этого не менялась. Вообще-то, насколько было известно Грегу, попытками создать совершенных людей баловались и в Федерации. Иногда что-то даже получалось, начинался очередной скандал, усовершенствования то запрещали, то разрешали, словом, дело шло ни шатко ни валко. Арау же переплюнула всех. Здесь подобные эксперименты начались очень давно, и «полуфабрикаты» на суд публики не выставлялись…

Судя по всему, Арау служила полигоном для испытания всевозможных новых технологий, проведения опасных экспериментов и проверки самых дичайших гипотез. То, что гипотезы эти часто подтверждались, а эксперименты по большей части проходили успешно, следовало поставить в заслугу араусским ученым и тогдашнему правительству, сквозь пальцы смотревшему на забавы высоколобых умников. Примерно в то же время на Арау создали колоссальный искусственный интеллект (назвали его Бетой, поскольку бета-версией он и был, но имя прижилось и уже не менялось) для управления планетой. Бета, в которой постоянно исправляли недочеты, работала и развивалась — система была самообучающейся.

К несчастью, простые жители далеко не всегда разделяли страсть ученых, составлявших изрядную прослойку общества, к сомнительным затеям. Грег, в сущности, их понимал: мало кому понравится жить на пороховой бочке! То ли удастся очередной эксперимент, то ли нет, а если нет — каковы будут последствия? Хорошо, если просто взорвется научный комплекс, а если в результате этого взрыва на волю вырвется какая-нибудь смертельная зараза?

Одним словом, образовалось нечто вроде оппозиции. Желали эти люди, по сути, только одного: чтобы правительство призвало ученых к порядку и как-то оградило мирных граждан от возможных опасностей, связанных с этой… хм… интеллектуальной деятельностью. Правительство, разумеется, делать этого не собиралось: производимые Арау научные разработки уже тогда продавались за бешеные деньги, и сворачивать исследования из-за недовольства части граждан было просто нелепо.

Тогда инициативная группа попыталась осуществить переворот, и это им почти удалось. К их несчастью, Бета, к тому моменту полностью контролировавшая всю столицу и большую часть прочих территорий, сочла это выступление угрозой существованию города (и, разумеется, своему собственному), установила режим чрезвычайной ситуации и полностью перехватила управление всеми системами. Отключить ее сразу не смогли либо не захотели (Грег подозревал, что обслуживавшим Бету ученым хотелось посмотреть, чем кончится дело), а потом стало слишком поздно.