Артур уже не однажды заходил в редакцию, поэтому безошибочно сворачивал по коридорам. У отдела Даши, откуда слышалась непонятная возня, он недоуменно остановился, раздумывал, тактично ли будет войти, ведь на его стук никто не ответил. Любопытство оказалось сильней, да и сдавленные голоса притягивали посмотреть, что там такое... Только идиот мог не понять сразу, что именно происходило. Артур схватил Вениамина за шиворот и безжалостно отшвырнул в сторону. Вениамин исполнил полет над отделом, грохнулся на стулья, которые попадали, уступив место на полу летающему человеку.

– Ты в норме? – спросил Артур Дашу, помогая ей стать на ноги.

– Да! Где ты, черт побери, пропадал? – вместо благодарности прошипела она, но, увидев поверженного Витамина, зло бросила сквозь зубы: – Дерьмо!

– Ты! Сука! – вскочил тот.

Артур сгреб его за грудки, отчего Вениамин стал бордовым, на лбу его вздулись жилы:

– Ты что сказал? Извинись!

– Дай я его стукну! – рвалась к Витамину Даша, но Артур свободной рукой отталкивал ее назад. – Дай я его гада...

– Извинись, я сказал, – внушал Артур мерзавцу.

– Ты пожалеешь, клянусь, стерва, – не внял Вениамин.

Тут и произошла досадная случайность. Артур замахнулся, резко отведя локоть назад, в этот момент Даша рванула к Вениамину, чтоб расцарапать ему вторую часть лица, и прямиком угодила глазом на локоть со всего-то маху! Ее отбросило в сторону, желание побить негодяя исчезло, ибо из глаза – полное ощущение – искры посыпались. Она скорее услышала, чем увидела, что Артур врезал Вениамину, так как раздался грохот и звук упавшего тела.

– Какого черта ты влезла? – рассердился Артур. – Больно?

– Больно... Пройдет... Идем отсюда поскорей.

Уже находясь в коридоре, она не удержалась, вернулась и выкрикнула сидевшему у стены Витамину самое оскорбительное, на ее взгляд:

– Импотент! Садясь в джип, Артур пригрозил:

– Завтра же пойду к вашему главному...

– Не смей, – не дала закончить Даша.

– Здрасте! Ее чуть не изнасиловали...

– Ой, перестань. Из него насильник...

– Не понял, ты сожалеешь? Может, тебе понравилось?

– О боже! – закатила один глаз кверху Даша, второй прикрывала мокрым платком, который успела намочить, забежав в туалет. – А еще анекдоты сочиняют про женскую логику! Рожденный пить – летать не может. Так и быть, расскажу быль. Однажды он таким же образом на Маринку набросился в курилке. А та, в отличие от меня, и не думала отбиваться, стоит, как бронетранспортер, спокойно курит и подзадоривает еще, глядя, как он сопит: «Витамин Данилыч, какой ты, право, шалунишка. Ой, я щекотки боюсь. Тебе помочь, друг милый?» Притом с совершенно постным лицом. Он торопился, достал... Ну, ты меня понял? Короче, не донес, представляешь? Прямо Маринке на юбку... Артур закатился смехом. Вот-вот, мы тоже месяц хохотали. Марина показывала в лицах...

Даша осеклась, вспомнив, что и она теперь повод для «бульканья» болота. Почему сплетни так задевают ее? Почему она, ни в чем не провинившись, чувствует себя виноватой? Вот когда Даша поняла публичных людей, которые не сходят со страниц журналов и газет – каково им читать о себе гадости. Слава богу, о ней не напишут грязных статей, и вся страна не будет смаковать подробности несуществующего романа, а кучка дураков попыхтит и угомонится.

Фингал получился – загляденье. Особенно здорово смотрелся в совокупности с ее строго-элегантным видом – немыслимое сочетание. Артур готовил примочки, искренно поражаясь:

– Ну и ну! Ай-яй-яй... Журналисты... Культура... Нет, то, что журналисты пьют, как лошади, я слышал, и то, что продажные и беспардонные, но такое... Дашка, а синяк аккуратненький, будто нарисован. Тебе идет...

Даша была в ярости, Артур же получал удовольствие, дразня ее. Просто садизм какой-то! Продолжение последовало на пятиминутке в редакции утром.

Даша явилась в черных очках Артура. И Вениамин в очках. Никто, конечно, поначалу не обратил на них внимания, но Даша знала, что начнется, когда обнаружат кровоподтек, поэтому лучше раньше и пусть все разом увидят. Она мужественно сняла очки... Пауза.

И почему-то коллеги, не сговариваясь, повернулись к Вениамину, сидевшему прямо и недвижимо, словно монолит, да к тому же напротив Даши. Марина, находившаяся с ним рядом, вдруг подскочила со словами:

– Дашка, я совсем забыла, ты мне срочно...

Взмахнула руками и «случайно» задела очки Вениамина... Следующая пауза, возникшая на пятиминутке, не по зубам лучшему актеру. Физии коллег застыли с немым вопросом. Вместо глаза у Вениамина щелочка, окруженная лиловой припухлостью. Причем, у Дашки фонарь слева и у него слева, как будто несокрушимый удар нанесла одна рука, что, собственно, так и было.

Марина закудахтала, плюхнувшись на стул и давясь смехом, остальные не решались дать себе волю, зная сволочной характер Витамина.

– В чем дело, господа? – нахмурился главный, не отрываясь от «разукрашенных» сотрудников.

– Вчера я, – начала беззаботно, насколько умела, Даша, – вышла из редакции, а на меня напали трое (черт, с числом перебрала). Но тут появляется Витамин... ой, простите, Вениамин Данилыч. Вмазал всем (полный бред, ибо Витамин не из храбрых). И нам вмазали (уже лучше). Но мы отбились, правда, Витамин... ой, простите, Вениамин Данилыч (вложила желчи вагон)?