— Вишня, — гордо сказал Крис, заметив, как Бен погладил полированные деревянные панели коридора. — Ручная работа. У этой крошки все при ней. «Ойстер шестьдесят один», классическая модель. Сплошная автоматика, достаточно нажать кнопку. И по океанам поплавала — Ли может подтвердить. Мы на этой яхте везде побывали: Мадейра, Санта-Лючия, Гренада… Ли, помнишь ту виллу на Мюстике?

— А, ту самую, где тебя укусила за задницу обезьяна и ты загремел в больницу? — бесстрастно спросила Ли.

Крис поперхнулся, и Бен сдержал улыбку.

— Ли, тебе, наверно, будет непривычно спать в гостевой каюте вместо капитанской, — сказал Крис.

— Ничего, переживу как-нибудь.

Крис отвел Бена в самую маленькую из трех гостевых кают «Изольды».

— Можете оставить вещи здесь.

При свете лампочки в каюте Крис оглядел Бена с головы до ног: потертая кожаная куртка, старенький зеленый рюкзачок — похоже, тяжелый. Бен втиснул рюкзак на полку над койкой. Когда он поднял руки, из-под рукава куртки показалась дорогие часы для ныряльщиков.

Через двадцать минут Мик был готов поднять якорь. Ветер раздул паруса «Изольды», и яхта направилась в открытое море, оставив берег за кормой.

Ли чувствовала себя обязанной побыть с Крисом и взялась помогать ему с ужином. Бен, которому надоели слишком пристальные взгляды бывшего мужа, воспользовался моментом и улизнул в свою каюту. Там он уселся на койку и открыл коробку с материалами Оливера.

Читать заметки было трудновато. Бен долго рассматривал слова «орден Р…», пытаясь понять смысл. Ничего не надумав, он в раздражении отбросил листок.

На другом листке Оливер составил какой-то список исторических фактов и личностей. Написанное красными чернилами слово «АРНО» было трижды подчеркнуто. Рядом стояла дата — конец декабря, всего за две недели до его смерти. Дальше листок обгорел, и Бен не мог прочитать написанное.

И еще были орлы. Оливер любил машинально рисовать — поля страниц, нетронутые огнем, были изрисованы орлами. Под одной из птиц Оливер небрежно написал большими буквами «ОРЛЫ???» и многократно обводил написанное, пока ручка не продавила бумагу почти насквозь. Похоже, он размышлял над значением слова. Интересно, выяснил ли Оливер в конце концов, при чем тут орлы?

Бен уже отчаялся что-либо понять в заметках Оливера, когда в каюте появилась Ли, вручила ему чашку кофе и села рядом на узкую койку.

— Как успехи? — спросила она тихонько, опасаясь, что Крис услышит сквозь тонкие перегородки.

— Так себе, — покачал головой Бен и протянул ей тот самый листок. — Не пойму, что такое «орден Р…», Тут еще что-то про орлов и реки.

— Реки?

Ли взяла из рук Бена листок и с любопытством уставилась на него.

Бен показал на выделенное красным «АРНО».

— Во Флоренции есть река Арно. Оливер туда ездил? Тут рядом дата стоит.

— Мне он ничего об этом не говорил.

— Постарайся вспомнить, — настаивал Бен. — Это важно. Только ты знаешь, куда ездил Оливер и что он там делал.

Ли положила подбородок на руки.

— Ничего я не знаю.

— Подумай!

— Нет, понятия не имею.

— В письме Моцарта что-нибудь говорилось про реку Арно? Что могло заставить Оливера поехать во Флоренцию?

— Да не помню я, — с легким раздражением ответила Ли. — Это ж сто лет назад было!

— Постарайся вспомнить, — терпеливо повторил Бен. — Если мы не разберемся в записях Оливера, то нам и начать-то будет не с чего.

— Если только… — Ли вдруг оживилась.

— Если только что?

— Мы все перепутали. Река ни при чем. Арно — это имя.

— Чье?

— Итальянца-коллекционера. — Теперь Ли ясно вспомнила подробности. — Того самого, который купил у отца письмо. Его звали профессор Арно.

Бен вспомнил снимки на компакт-диске: старик, на заднем плане — книжные полки с книгами по музыке.

— Значит, Оливер с ним встречался?

— Наверное. Выходит, Арно все еще жив.

— И где он живет?

— В Равенне! Помнишь могилу Данте? Оливер там был. Если я не ошибаюсь, Арно преподавал в музыкальном институте в Равенне.

Бен задумался.

— Скорее всего, Оливер поехал к профессору, чтобы поговорить о письме. Пожалуй, нам тоже следует навестить старика.

— Думаешь, письмо все еще у него? — спросила Ли.

— Профессор заплатил за письмо кругленькую сумму, хотя другие нос воротили. Вряд ли он выбросил такую ценную вещь.