– Есть, – сказал она через минуту, – мы подключились к Интернету. Какие у вас вопросы?

Дронго покачал головой.

– Нет-нет, – сказал он, – я не стану вас больше задерживать. Большое спасибо. Постараюсь поработать сам.

– Вы мне не доверяете? – прямо спросила Барбара.

– Конечно, доверяю. Просто не хочу больше отнимать у вас драгоценное время. У вас еще столько работы. Большое спасибо за помощь.

Барбара отодвинула кресло и встала.

– Надеюсь, вы справитесь, – сказала она и, не оглядываясь, вышла из комнаты.

Дронго сел к компьютеру. Ввел первое имя. Барбара Уэлш. Вышел на компьютерную сеть Си-эн-эн. Через несколько секунд получил информацию и начал ее быстро читать. Она не обманула. Барбара действительно была журналисткой, работала в некоторых газетах, четыре года в телевизионной компании. Последний год – секретарем Джорджа Осинского.

Он ввел второе имя. Песах Якобсон. Компьютер выдал информацию об отсутствии вхождений поискового контакта. Дронго удовлетворенно кивнул и сделал запрос в Фонд. Компьютер сообщил, что информация закрыта. Он не стал настаивать и ввел другое имя – Рамеш Асанти. Компьютер снова выдал информацию об отсутствии вхождений поискового контакта. И новый запрос в Фонд опять ничего не принес. Информация была закрытой.

Дронго ввел имя Джорджа Осинского и почти сразу получил нужную информацию. Долго читал, потом дал команду сделать для него перепечатку. Когда закончил работать лазерный принтер, он взял листок бумаги и сунул в карман. Потом подумал немного и вдруг, неожиданно даже для самого себя, ввел имя Кэтрин Муленже. Получил ответ и снова дал команду сделать ему перепечатку. После того как у него в руках была и вторая бумага, он, достав первую, начал их сравнивать, после чего удовлетворенно кивнул головой.

У обеих знаменитостей были странные биографии. До определенного момента и Джордж Осинский, и Кэтрин Муленже были обычными неудачниками, не умевшими добиться хотя бы малейшего успеха. Но с какого-то момента, словно по взмаху волшебной палочки, все изменилось. К ним приходит шумный успех, их признают коллеги, специалисты, зрители, читатели, критики. На это совпадение Дронго сразу обратил внимание. Он выписал примерную дату, с которой начались успехи мистера Осинского. Пять лет назад. Кажется, тогда они и познакомились с мистером Якобсоном. Какое интересное совпадение! Может, у французской писательницы, тоже вдруг неожиданно заявившей о себе, точно так же рядом несколько лет назад появился свой Песах Якобсон?

Теперь нужна была информация другого характера. Он снова застучал по клавишам, попросив предоставить ему информацию о Фонде развития независимых демократий. На этот раз ответ компьютера был очень обстоятельным и большим. Дронго снова ввел команду сделать перепечатку и подождал, пока компьютер выдаст всю информацию. Информации было много. Здесь особо обращалось внимание на то, что Фонд уже помог многим странам, вкладывая огромные деньги в образование, культуру, медицину. ЮНЕСКО трижды выражало благодарность Фонду за его гуманитарную деятельность.

И только в самом конце он сделал запрос в Бразилию, попросив отпечатать для него первую страницу той самой газеты, которую держал в руках Якобсон, показывая ему на тюремную камеру Шварцмана и плакат Осинского на стене. Дронго запомнил название местной газеты, номер и дату ее выпуска.

Он терпеливо ждал ответа. И ответ пришел. Не веря своим глазам, Дронго дал команду выдать ему этот первый лист. На нем не было никакого изображения тюремной камеры Шварцмана! На нем не было плаката с портретом Осинского! Лишь в правом углу газетного листа было короткое сообщение о побеге Шварцмана. Якобсон говорил ему неправду. И показывал явно не настоящую газету. Дронго и эту бумагу положил в карман. Теперь он знал, о чем будет говорить.

Только после этого он дал команду компьютеру стереть информацию, которую он запрашивал. И вышел из комнаты. Поднимаясь в лифте, он думал только об одном: почему Якобсон обманул его, показав фальшивую газету?

В этот день по всем вечерним информационным программам сообщили о начале президентской кампании в Соединенных Штатах. И если у демократов уже был единственно приемлемый кандидат партии – президент Билл Клинтон, то республиканской партии предстоял выбор сразу из нескольких кандидатов, среди которых нужно было назвать достойного.

Все сообщения начинались с того, что безусловным фаворитом считался лидер республиканского большинства в сенате Доул, которого чаще других и показывали в информационных блоках всех программ. Сенатор, которому шел уже семьдесят второй год, решился бросить вызов молодому Клинтону, годившемуся ему по возрасту в сыновья, и начать предвыборную гонку в своей партии, надеясь победить на первичных выборах. По всем каналам транслировалось самоуверенное высказывание Доула, заявившего о том, что претендентом может быть только победитель первичных выборов в штате Нью-Гэмпшир, с которого начиналось выдвижение кандидатов на республиканский съезд.