— Бессонница замучила, — вздохнула она. — Какие будут распоряжения?

— Подготовь отчет, — положил он бумаги на стол. — Возникнут трудности, приходи, я у себя.

Опять эти дурацкие бумаги! Так дело не пойдет, ситуация обострилась, Жанне нужно думать и о себе. Может, попросить помощи у Эммы? У нее-то наверняка есть прожженные бухгалтера, способные разобраться в махинациях комбината. Жанна нехотя приступила к работе.

Итак, она тоже получила послание, значит, путь избран верный. Но в отличие от звонков с доносами, короткое письмо пронизано угрозой, невысказанным предупреждением. Понятно, что Филиппа обложили, непонятно — кто и с какой целью. Предположения пока остаются предположениями, не более. Есть смысл подумать, как быть дальше.

Теперь надо дать понять всему миру, что Филипп и Жанна на угрозы плюют, тогда получат ответный удар. Только если б можно было просчитать, откуда ждать этот удар? Подозреваемых трое — Вениамин, Гела и Ветров. Ничего не значит, что убила Владу женщина и звонит женщина, один из этой троицы мог нанять ее, как Жанну наняли Эмма и Ростислав Матвеевич.

Далее: как быть с Филиппом? Рассказать ему о подозрениях или умолчать? Опасность состоит в том, что он может в свою очередь поделиться подозрениями с любимой мамулей. Та пристанет к Геле: ты или не ты моего сынулю терроризируешь? Нет-нет, нельзя. И неизвестно, как Филипп отреагирует на подозрения Жанны, вдруг натворит глупостей. Что же делать? Одной тянуть лямку трудно и страшно.

Вообще-то, у Жанны есть Ганнибал, значит, опасность стать убитой немного меньше, совсем чуть-чуть. Далее: Эмме нужны доказательства, что не Филипп убил Нину с детективом, хотя это и так ясно. Но доказательств, способных убедить Эмму, пока нет, а появятся они тогда, когда Жанна и Филипп поймают террористку. К тому же не исключена вероятность, что появится четвертый подозреваемый, откуда он выплывет и кем окажется — неизвестно. В таком случае энергию Филиппа следует направить на угрожающую девицу, ничего при этом не рассказывая. Жаль, вдвоем было бы легче распутывать этот клубок.

Около часа дня Жанна ждала его в приемной, он приехал озабоченный, видно, дела на заводе идут неважно.

— У тебя что-то срочное? — бросил он ей, входя в кабинет.

— Срочнее не бывает. — Она вошла за ним, закрыла дверь и положила конверт на стол.

После прочтения Филипп на глазах побледнел. Опустившись в кресло, он некоторое время сосредоточенно о чем-то думал, покручивая в пальцах авторучку. Потом, взглянув на стоящую, как солдат навытяжку, девушку, сказал:

— Садись, чего стоишь? — Он думал еще минут пять. — Настала пора связаться с милицией, приставить к тебе охрану… — и взялся за трубку.

— Не надо! — упредила звонок Жанна, положив на телефон свою руку.

— Ты в своем уме? Все, Жанна, это откровенные угрозы. Тебе нравятся приключения? А мне нет. Если тебя убьют, что мне тогда делать? Как оправдываться? Ты, надеюсь, понимаешь, что меня подставляют?

— Понимаю. Думаешь, она не заметит охрану? Мы под постоянным ее прицелом, она знает, где я живу, твои телефоны и то, что ты проводишь у меня ночи, значит, следит за нами, возможно, не одна. А долго мне находиться под охраной? Не вечно же. Она попросту переждет это время. Или, допустим, мы разбежимся в разные стороны, но у тебя же все равно появится женщина, история повторится. Ты гарантируешь, что твоя следующая подруга не станет трупом?

— Ну а ты что предлагаешь? — Он запрокинул руки за голову и замер.

— Выжидать, — сказала Жанна. — Дома я не боюсь находиться, Ганнибал не позволит меня убить. И думай, думай, кто еще имеет причины доставать тебя с таким упорством. Одного не пойму, почему она не делала никаких движений, когда ты собирался жениться на Владе?

— Думаешь, она ее убила?

— Думаю, да. Но учти, это может быть наемница. Так что вспоминай всех своих врагов… Нет, лучше вспоминай свои грешки.

— Наемница, говоришь? — вдруг оживился он.

— Ты вспомнил кого-то?

— Не знаю… А если это моя бывшая теща?

— Теща? — вытаращила глаза Жанна, чуть не расхохотавшись. — Почему ты думаешь на тещу?

— После истории с моей женой она обвиняла меня и мою мать.

— В убийстве?

— Ну, в общем-то… Я не обиделся, потому что горе лишает людей здравого смысла, хотя, признаюсь, злился на нее.

— Скажи, у тещи были причины так думать?

— Да какие причины! — психанул он, бросив в сердцах авторучку. — Все ее причины свелись к одному: я так чувствую. Но, сама понимаешь, чувства следователи не подшили к делу.

— А когда она так начала думать: до того как наняла детектива или после того как он попал в аварию?

— После того как.

— Знаешь, я познакомлюсь с ней. (Теперь появится возможность открыто видеться с Эммой и Ростиславом Матвеевичем.)

— Она не захочет встречаться со мной.

— Познакомлюсь без тебя. Не бойся, не станет же она сама убивать меня, да еще во время свидания. Дай мне ее телефон… Кстати, ты узнал адрес Ветрова?

— Держи. — Он отдал записку с адресом.