Напряженный предостерегающий взгляд Наоми остановил ее руку, и она кивнула, молча ответив дочери согласием.

Я сама начала игру, подумала она. И мне нельзя реагировать так сильно только потому, что Сун-Цу принял правила этой игры.

Не дожидаясь ответа магистрисы, Сун-Цу продолжал:

– Так вот, если вы ошибаетесь… – Он поднял руку, призывая ее воздержаться от возможных возражений. – Сделайте одолжение, миледи. Как я уже сказал, если вы все же ошибаетесь, то теряете все, что я вам обещал, и настораживаете тех, кто действительно работает против вас.

– А когда вы пообещали, что убьете деми-прецентора Джейми Николас?

Двадцать лет правления Магистратом научили Эмму разбираться в интригах и читать по лицам людей, и сейчас она напряженно всматривалась в лицо Ляо, пытаясь отыскать малейшие признаки его истинных чувств. Уже поняв, что он плохо умеет скрывать свои эмоции, магистриса ожидала увидеть некую смесь злости, отчаяния и удивления. Но в его причастности ее убедило не выражение лица, а полное отсутствие вообще какого-либо выражения. Тот факт, что его лицо осталось абсолютно бесстрастным после такого серьезного обвинения, заставил Эмму усомниться в своих прежних оценках его способностей.

– «Слово Блейка» утверждает, что ее тело обнаружено, что ее застрелили и что в последний раз ее видели тогда, когда она нанесла вам визит, доставив какое-то сообщение.

Лицо Сун-Цу оставалось все той же маской бесстрастного спокойствия.

– В этой проблеме мы разберемся. Мы – это «Слово Блейка» и я, – просто ответил канцлер.

– Это равносильно признанию, Сун-Цу. Джейми Николас была советником при моем дворе и находилась под моей защитой. Вы прекрасно знали об этом.

Ляо жестко усмехнулся:

– А те сторонники Ком-Стара, которых эти фанатики убили на Гарминусе? Они разве не находились под вашей защитой? Полагаю, вы позволили им проводить свою внутреннюю политику, не имеющую отношения к Магистрату? Очень хорошо. Я вправе претендовать на то же самое и при этом готов возместить нанесенный мной ущерб.

Его лицо неожиданно оживилось, и на мгновение канцлер стал похож на ребенка, которому в голову пришла блестящая идея.

– Я заплачу вам, так сказать, политической монетой.

Что бы он ни предложил – отказывайся.

Эмма Сентрелла внезапно ощутила полную растерянность, а правильно ли она оценила Сун-Цу? Не ошибалась ли она в нем с самого начала? Взгляд, брошенный ею на Наоми, убедил Эмму в том, что и ее дочь тоже почувствовала опасность.

– И что это будет, Сун-Цу? – Теперь в употреблении его имени не было уже ничего оскорбительного.

– Я сам выясню, кто стоит за поставками оружия в Марианскую Гегемонию.

Эмма уже собиралась отказаться от такого предложения, когда почувствовала легкое прикосновение руки дочери Наоми встала рядом с матерью.

– И как вы предлагаете сделать это, канцлер Ляо?

Несмотря на легкое раздражение, вызванное непрошеным вступлением Наоми в разговор, Эмма Сентрелла не оставила без внимания то, как искусно ее дочь перевела беседу в более официальное русло. Что ж, тем лучше. Магистриса посмотрела на Сун-Цу, не сводившего с нее взгляда, и коротко кивнула.

– Я предлагаю вам помощь во вторжении в Лигу Свободных Миров, – ответил он.

Если бы не едва ощутимое пожатие Наоми, не отпускавшей руки матери, магистриса рассмеялась бы ему в лицо. Похоже, что безумие Романо Ляо все-таки передалось обоим его детям. Похоже на то. Но Эмма научилась доверять инстинкту дочери. Наоми, возможно, не самый лучший солдат, но ее политическая проницательность давно восхищала мать.

Наоми ободряюще улыбнулась:

– А что нам из этого, канцлер?

– Не исключено, что те доказательства, которых вы не найдете на Астрокази, можно обнаружить на Камполеоне. Астрокази, возможно, является лишь звеном в цепи поставок, и вы, может быть, сумеете нарушить установившийся порядок, но связать Гегемонию с источником поставок вам все равно не удастся. Оружие просто пойдет по другому маршруту. По крайней мере, – он хитро усмехнулся, – я бы поступил именно так. Это будет двойное прикрытие.

– Если мы вторгнемся на Камполеоне, – сказала Эмма, – Томасу Марику придется принять ответные меры, независимо от того, кто в действительности снабжает Гегемонию.

– Вы правы, он будет вынужден что-то предпринять и, вероятно, сделает выбор в пользу военного решения.

Сун-Цу пожал плечами, но Эмма успела заметить, как он слегка нахмурил брови.

– Но против меня он сумеет изыскать иные меры… воздействия

Да, у Томаса Марика наконец-то появится причина аннулировать помолвку Изиды Марик с Сун-Цу. Да, это игра. Неужели Сун-Цу говорит правду?