Шрифт:
1070
Нет, мир не страшен мне. Не света я боюсь И не из смертной тьмы привета я боюсь. Смерть — это истина. Не мне страшиться правды. Я не всегда был добр — вот этого боюсь. 1071
Когда помру, когда отплачетесь по мне, Постелью скромною довольствуюсь вполне. Лишь об одном прошу: кирпич под изголовье Лепите не с водой, мешайте на вине. 1072
Взбрело душе гулять, из тела ускользнуть, И вот гадаю, как закрыть ей этот путь. Ах, я же виноват?.. Да сто шипов ей в язвы! Не стань гулящею, чтоб лиха не хлебнуть! 1073
Куда ни побреду, судьба плюется вслед. Делами ли займусь, ни в чем удачи нет. Душа уходит прочь… «Постой! Ведь я погибну!» — «Мой дом разрушился», — доносится в ответ. 1074
Поскольку этот мир — колючие кусты, Не странно, человек, что весь изранен ты. Тот может ликовать, кто спешно мир покинул, Блажен, кто не набрел на здешние цветы. 1075
Мой враг — степной Восток, где каждый сухоцвет Колючкой тянется, чтоб уязвить вослед. Становится врагом измученное тело… Одно спасение: с душой разлада нет. 1076
Когда б небесный свод построен был умно, По нраву небосвод пришелся б нам давно. Когда бы на небе судьба вершилась мудро, У мудрых на сердце так не было б черно. 1077
Бродя под куполом, не глядя в бирюзу, Мы ищем выхода, как муравьи в тазу. Кружится голова. Куда свой груз несу?.. Как бык на мельнице, мы кружимся внизу. 1078
Друзей с тропы судьбы спокойный путь сманил: Рок налетел, как вихрь, и сзади — цепь могил. Степной мираж и нам уж не прибавит сил, И далеко привал, и вьюк осла свалил. 1079
Где счастье?.. Повторять лишь имена осталось. Друзья ушли, хотя полно вина осталось. Все выпустил из рук, но чашу — удержи, Которую теперь испить до дна осталось. 1080
Друзей, с которыми сидели мы досель, Поуводила Смерть в уютную постель. Им так понравилось вино существованья! И — раньше нас на круг свалил их сладкий хмель. 1081
Отведавши вина, как ликовали мы! Из грязи — в небеса, о, как взлетали мы! Пора и чиститься. Плоть поснимали мы: Из праха мы пришли, вновь прахом стали мы. 1082
О, как поддались мы Семи и Четырем?! От Четырех с Семью спасенья не найдем. Напьешься скорби ты, наполнив скарбом дом И вдруг сообразив, что как уйдем — уйдем. 1083
Никто остановить полет планет не смог. Людьми наесться прах за столько лет не смог!.. Спесивому — урок: уймись, пока не съеден, Пока поужинать тобой сосед не смог. 1084
Сказала рыба: «Что? Нам жарко? Не беда. Не мог ручей пропасть, опять придет вода!» Но утка ей в ответ: «Нас жарят, это да. Где смерть, там хоть ручей, хоть море — ерунда». 1085
Увы тебе, щенок, мой суетливый зверь! Охоту счел игрой, добегался теперь. Наверно, потому, что был к костям привержен, Навек забыть о них клыком заставил вепрь. 1086
И дом уже подмыл потоп, меня доставший, И плещет через край из жизни — мерной чаши. Ах, сердце, не до грез! Носильщики Судьбы Уже куда-то прочь несут пожитки наши! 1087
Взгляни, бутоны роз разнежились в тепле, Пленяя соловья в рассветной полумгле. Присядь под сенью роз! Дождь лепестков так долго На землю будет лить, а мы — уже в земле.