Шрифт:
Мария еще выше подняла голову и на несколько секунд, казалось, окаменела. О суде ей твердит и Рита. Но какое отношение имеет суд к любви и к жизни? Оказывается, мужчины живут как-то по-иному. Важным и нужным для Хуана Карлоса оказалось что-то совсем другое, а не ребенок – дитя их любви. Но Мария не хотела даже вникать, что это могло быть. Ребенку он предпочел спокойную жизнь, обеспеченное будущее. А будущим Марии будет ее ребенок. Ее ребенок, ее, и только ее! Ребенок, которого, кроме нее, больше никто не хочет! А ей не нужен никто, кроме ее ребенка!
В маленьком дворике каждый был занят своим делом. Смуглая Перлита, внучка дона Чемы, сидит и чинит белье. С деньгами у них туговато. Сын дона Чемы после смерти жены ушел из дома, оставив маленькую Перлиту. Перлита подросла, а об отце ни слуху ни духу. Дон Чема души не чает во внучке, очень любит малышку Перлиту за доброту и кротость, так что люди говорят правду: не в деньгах счастье. И Маркос, второй сын доньи Мати, озорной подросток, пообещал подарить Перлите кучу белья, чтобы она не штопала, и это вызывает у Перлиты веселый смех. Вернулся из школы Виктор, узнал, что его младшая сестра Хулия приболела и не пошла в школу: Виктор не посочувствовал Хулии, Хулия – лентяйка, ей лишь бы в школу не ходить! Брала бы пример с Марии, вот это ученица! Усердная, старательная! Только заговорили о Марии, как смотрите-ка, гость: веселая черноглазая Рита. Она забежала узнать, как дела.
– Что Мария? – спросила донья Мати.
Улыбка сбежала с Ритиного лица, она замялась, не зная, что отвечать.
– Похоже, она в положении, – ответил матери Виктор.
– Кто вам сказал, учитель? – встрепенулась Рита.
– Никто. В школе ей стало плохо, вот мне так и подумалось.
– А кто у нее муж? – поинтересовалась донья Мати.
– Она не замужем, – ответила Рита. – А отец ребенка… не больно-то красиво себя показал. Заявил, что, видите ли, он студент, и жениться ему еще рано.
– А Мария?
– Молчит.
– Рита, а почему бы тебе не привести Марию к нам? Посидим, поговорим, я приготовлю что-нибудь вкусненькое, – пообещала донья Мати.
– Спасибо, донья Мати, но она не пойдет.
– А мы будем говорить только о приятном и интересном. Непременно позови, Рита, – поддержал донью Мати Виктор.
На обратном пути Рита забежала к Марии и передала приглашение, но та только руками замахала:
– Что ты! Что ты! Никуда я не пойду! И в школу ходить не буду! Мне теперь добрым людям в глаза смотреть стыдно.
– Добрые-то люди тебе и помогут.
– Помочь мне мог один-единственный человек, но не захотел.
– Помогать и он не отказывался.
– Деньгами, да?
Рита никак не могла взять в толк, что уж такого обидного в помощи дель Вильяров, а Мария никак не могла ей объяснить. Как объяснишь нестерпимую обиду? А обидным ей казалось то, что совершенно чужие люди взяли и распорядились ею и ее судьбой, решили за нее, что ей можно, а чего нельзя, на что она имеет право, а на что нет. Так вот: эти люди не имели на нее никаких прав! И судьбой своей она сумеет распорядиться сама! И деньги их не помощь, а клеймо: «Ты прокаженная!» Словами всего этого Мария выразить не могла, но чувствовала боль, гнев и жгучую обиду.
К вечеру в дом сеньоры Уркиаги заглянул Виктор. Он решил сам поговорить с Марией, узнать, почему она перестала ходить на занятия. Заботливость учителя растрогала и смутила Марию, но, несмотря на смущение, на вопросы она отвечала, глядя Виктору прямо в глаза.
– В школу я больше ходить не буду, – твердо сказала она. – Мне и работы хватает.
– А мне показалось, что тебе интересно учиться. Вот как ошибаешься в людях!
– Учиться, конечно, очень интересно, маэстро.
– А где учиться, как не в школе? Так что придется тебе заниматься, и ребенок учебе не помеха.
– Откуда вы знаете? – вспыхнула Мария. – Рита сказала?
– Я сам все вижу, без Риты. О чем же ты плачешь? Ребенок же – это счастье!
– Я не замужем…
– Разве это главное, Мария? Главное родить ребенка. Нет ничего непоправимого, когда только-только начинаешь жить. Стыдиться тебе нечего, а вот мужества понадобится немало, пока его вырастишь… Но разве есть на свете что-то лучше детей?
– Мне сказали, что я не имею права иметь ребенка. Что сама скитаюсь из дома в дом, и он будет скитаться, и так же, как я, станет слугой.
– Кто это сказал?
– Он…
– Да, ребенок будет таким, как ты. Но ты должна решить, какой сама хочешь стать.
– Мне хотелось бы дать ему все, чего у меня самой не было.
– И так оно и будет! Жду тебя на уроке.
Глава 5
Учился Хуан Карлос, училась Мария, и оба делали успехи. Хуан Карлос успешно сдал три экзамена, порадовав дона Густаво и Лорену. Лорена больше не ворчала на брата, опасность заполучить в невестки невежественную деревенщину миновала, и у нее отлегло от сердца. Она надеялась на Карлотту, глядишь, отвлечет Хуана Карлоса от ненужных воспоминаний, а там… Одного Хуана Карлоса не радовали ни учеба, ни собственные успехи. Он знал, что поступил правильно, но почему-то чувствовал себя виноватым и хотел повидать Марию, хотел убедить ее в своей правоте. Целыми днями он не выходил из своей комнаты, слонялся, томился, курил. Хуана Карлоса беспокоило, как чувствует себя Мария, где будет рожать. Ему хотелось поместить ее в хорошую клинику. Он звонил ей. Но она ни разу, ни единого раза не подошла к телефону, для него Марии никогда не было дома. И Хуан Карлос опять слонялся по комнате и опять курил.