«Кэтрин, а теперь к делу. Почему ты до сих пор ничего не предприняла для своего спасения? Почему ты просто жалеешь себя, вместо того, что бы бороться до последнего?»

– Но бабушка, я ведь даже пошевелиться не могу, и я ничего не вижу.

«Ты можешь видеть внутри своей головы! Свяжись с Изабеллой и скажи, где ты находишься! И они придут за тобой и помогут!»

– Но я не знаю, где я! Я не смогла проследить дорогу, когда Лекс нес меня. Все было слишком быстро.

«Кэтти, слишком много НО. Вспомни кто ты? В чем твое предназначение! Вспомни, что ты видела, когда открыла дверь!»

Озарение снизошло на меня резко и неожиданно:

– Бабуля! Ты гений! Это промышленный квартал! Я видела дымящиеся трубы! Спасибо тебе.

Но в ответ я не услышала ласковый бабушкин голос, она уже ушла и бросила меня одну. Я решила последовать ее совету и сосредоточилась. Глаза мне закрывать не пришлось, так как они и так были туго стянуты повязкой. Я быстро настроилась на волну Изабеллы. Я снова попала в ее голову.

– Что же мы будем теперь делать? – спросил Квин. Почему-то у него под глазом красовался огромный синяк, видимо это следы их «приятного» общения с бандой Влада.

– Для начала нам нужно найти местонахождение Кэтрин, а затем заколоть клинком Лекса, - с серьезным выражением лица выдал Джек. Он был так прекрасен, мой любимый. Сейчас, смотря на него, я поняла, как сильно скучала по нему, как мне его не хватало, и мое сердце сжала холодная рука. Зачем я бросила его? К чему это привело? Он все равно пришел за мной. Только теперь я сижу в темнице Лекса, вместо того, чтобы вместе со всеми обсуждать план нападения. Я все испортила…

«Изабелла, - тихо прошептала я, - ты меня слышишь?»

Ответом мне был радостный крик.

– Кэтти, с тобой все хорошо милая?
– в комнате воцарилось молчание, все с ожиданием смотрели на вампиршу.

«Да, я в порядке. Только если вы все еще хотите спасти меня, то вам пара отправляться за мной, а то тут мне постоянно угрожают перерезать горло» -быстро проговорила я. Я не была уверена, что моя связь с ней будет долгой, поэтому нужно было все хорошенько обдумать и решить.

– Но где ты? И как они смогут перерезать тебе горло, когда клинок у нас?
– Я увидела, как помрачнело при ее словах лицо Джека, он стал таким решительным и уверенным в себе, что слезы тоски подступили мне к глазам.

«Изи, давай подумаем вместе. На вас напали, не так ли?» - спросила я таким голосом, словно была учительницей младших классов. Изабелла мне лишь согласно кивнула.

«Так вот, вы нашли, что они взяли?» - вновь проговорила я. Только вот на этот раз, голова стала отрицательно двигаться из стороны в сторону. Я видела растерянный вид остальных, ведь они совершенно не понимали, о чем мы с ней разговаривали. И вот я решила выдать последнюю фразу, и она прозвучала, как победная речь, хотя я и не понимала, чему так радуюсь:

«Они приходили за клинком! И забрали его»

– Они забрали клинок, - опустошенным голосом повторила за мной Изабелла.

Я видела, как вытянулись от удивления лица моих друзей. Лишь Джек стал белее мела, а затем, придя в себя, сжал руки в кулаки с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

« И если вы все-таки не передумали меня спасать, то я, кажется, знаю, где нахожусь. Я тут устроила так называемый бунт на корабле и практически убежала, но вернулся Влад и приставил клинок мне к горлу. Но прежде, чем он снова затащил меня в дом, я увидела промышленные трубы у себя за спиной. Может это поможет вам», - спокойным голосом проговорила я. Но во мне бушевали различные чувства: гнев, страх, отчаяние, надежда и любовь, к этой маленькой группке людей.

Я смотрела на них и радовалась тому, что жизнь свела меня с ними. В этой компании не хватало только Оливера, которого я любила не меньше остальных, ну конечно всех, кроме Джека. Но почему-то только сейчас, я поняла, что не вижу тут Ника. Во мне что-то встрепенулось, и я почувствовала тревогу, за друга.

«Изи, а где Ник? Он что ушел от вас?» - я почувствовала в ответ такую тоску и раскаяние, что на минуту, не могла отделить свои чувства от чувств Изабеллы.

– Она слышит меня? – на этот раз заговорил Джек. Он был таким грозным и суровым.

– Да, - сдавленным голосом пискнула Изабелла.

– Кэтти, - лицо Джека, стало нежным и открытым, таким, каким он всегда был рядом со мной, - Николаса больше нет. Он мертв.

Нет, нет, нет… этого не может быть! Он жив, он не мог умереть! В горле образовался комок, а повязка стала намокать от слез.

«Кто это сделал?»

– Это сделали те, кто приходил за клинком. Они вогнали ему кол в сердце! – уже плача проговорила Изабелла. И тут я снова почувствовала, как будто меня кто-то вытягивает из головы подруги. Но я успела проговорить слова, вертевшиеся на языке.