Неприлично близко. Гаснет свет. Я должна отстранить его, но не хочу.

Безвольно поддавшись его порыву, я подчинилась. (Все-таки вампиры тоже люди).

Непривычно холодные губы, скользнули по моей шее, а от нее выше к уху, прокладывая себе дорожку из нежности. Его сердце билось медленно.

– Спасибо! – прошептал чарующий голос, - ты подарила мне не забываемый танец!

Незнакомец немного отстранился. В полумраке его глаза были черными, но их сияние страстью, завораживало. Так сильно, что я не могла отвести свой взгляд от его лица, спрятанного за суровой маской Дотторе.

– Вы должны отпустить меня, - безвольно сказала я.

Он громко рассмеялся.

– Но Вы сами держитесь за меня, - он отвел мою руку.

– Как Ваз зовут?

– Бросьте, это Карнавал. Здесь нет имен!

– Но Вы, знаете мое. – Напомнила я.

– Уже забыл! – Незнакомец снова улыбнулся.

– Хорошо. Тогда, я буду звать вас Дотторе! Согласны?

– Договорились, а теперь я должен вернуть Вас, вашему спутнику!

Пары улыбались нам, признавая наше мастерство.

Мы подошли к Виктории и Роберту.

Я смущенно улыбнулась.

Они снова заговорили в один голос.

– Вы отлично танцевали. Ответ за нами.

Виктория подошла к незнакомцу и улыбнулась.

– Я тебя весь вечер искала! А ты танцевал с моей лучшей подругой!

Мои глаза округлились.

– Так это…? Так Вы, Дотторе, тот самый таинственный друг?

– Так и есть!

– Вик, хоть я знаю, что ты меня не любишь, но мы должны отомстить им. – Предложил Роб.

– Согласна, следующий танец наш!

– Почему, Вы не представились раньше?

– Хотел подождать официального случая. – Уклончиво ответил он.

Снова заиграла музыка.

– Нам пора!

Вики схватила Роба за локоть и потащила его в центр толпы.

Дотторе подошел ближе ко мне. Я улыбнулась и отодвинулась.

– Я хотел сказать, что вы помните…

– Что помню?!

Но он уже шагал в противоположенную от меня сторону к лестнице.

Что я помню?! Что он хотел сказать этим? Я побежала за ним.

Он стоял у стола с напитками. Крутя в ладони фужер с белым вином.

– Что ты хотел сказать? Что я помню?! Отвечай! – приказала я.

– У каждого есть секрет, не так ли?!

– Я не понимаю!

Он отставил фужер в сторону.

– Секрет, который знаем только мы. И сохранить его можно, если один из нас окажется мертв!

– Что?!

Он поджал губы в ухмылке, а затем шепнул…

– Я знаю, кто ты, а ты знаешь, кто я.
– Сказав, это, он снял маску.

Маска. Игра. Секрет.

Стефан.

Вампир.

Убийца.

Глава 9. ПОЦЕЛУЙ МЕНЯ, УБЕЙ МЕНЯ.

– Стефан!

Я кинулась за ним сквозь толпу восторженных людей. Он точно знал, что я не использую свою силу на виду у всех. С трудом, проталкиваясь через Арлекинов, Коломбин и Пульчинелл я поняла, что снова упустила его. Я ощущала как дикая ярость и острое разочарование разливались по мне, твердя, что я круглая идиотка! Как же я позволила ему провести себя вокруг пальца?! Стефан определенно был коварен и обладал силой, которая не была подвластна мне. Он затуманил мой разум!

Повсюду царила атмосфера беззаботной радости, кроме моего сознания. Если я упущу Стефана, он доберется до Роберта! Ах, Виктория, почему же ты молчала? Как же мне, отгородить ее от этой твари!

Я блуждала глазами по бесконечной зале, ища его. Но я не видела, Стефана. Я проталкивалась через танцующие и веселящиеся пары в его поисках, но все мои усилия были тщетными. Наконец я добралась до шикарной мраморной лестницы, увешенной белыми атласными лентами. Поднимаясь по ней, я отчетливо услышала свое имя:

– София!

Это был голос Стефана, и он доносился из вне. Я бросилась наверх. Как хорошо, что я в очередной раз не послушала Вики, выбрав обычное платье для бал-маскарада. Подхватив подол, я побежала еще быстрее. Окинув взором очередную танцевальную комнату, я не увидела его.

– Черт, будь ты проклят!

Как только я произнесла эти слова, одна из дверей ведущих на балкон резко распахнулась. Ледяной ветер кидал из стороны в сторону плотный занавес. Это крыло дома было плохо освещено, людей рядом не было и я, скользнула на балкон. Луна была полной, она казалась громадной. Холодный диск освещал темное небо. Я подошла ближе к перилам, вглядываясь в темноту. Как ни странно большой сад был пуст, не единой души только одинокий ветер безжалостно гнул ветви кустарников.