— Speak english! — изрекает он в мой адрес. — Speak english!

— Это его идея, — выскакиваю я.

Но тут вижу… совсем юная девица… клевая девчонка, вообще-то, прелесть!., блондиночка, очарование… я в восторге от нее… Ах, красоточка!.. тащусь!., гром и молния!.. Ах! эти голубые глазки!.. Эта улыбочка!., куколка… я ее обожаю!..

Состена я уже не слышу!.. Я вообще ничего не слышу, завис я, ничего сказать не могу…

Не будь я упакован в эти жуткие шмотки!., стыдно. Был бы я выбрит поаккуратнее… не будь я по уши в дерьме… сразу бы ей намекнул… ах, что она со мной делает… такое неотразимое впечатление… Нет! ей я этого не скажу… не буду высовываться, весь такой встревоженный… сопливый… несчастный… Ах, в каком я восторге!., не смею!.. Ах! Какая красавица!..

Прислуга в недоумении… им надо дождаться хозяина… они уходят, бросают нас… а мы торчим здесь вдвоем перед девчонкой… не знаем, куда глаза девать… Сколько ей лет?., двенадцать… тринадцать, может быть… по-моему, вообще я так думаю… а эти икры!., короткая юбочка… какая грация… какие роскошные ножки… золотистые!., наверно, спортсменка… это всегда поражает меня… Я такими представляю себя эльфов… коротенькие юбочки!.. Это фея!.. Ужасный Состен гонит что-то циничное… подмигивает в мою сторону… А ему следовало бы стоять перед ней на коленях, не иначе! головоприклоняться, припадать, просить прощения!

— Uncle! Uncle! Дядя!

Представьте себе, она даже разговаривает!., она зовет своего дядю! Какой голос! как хрусталь!.. Ах! я влюбился!..

Состен по новой подмигивает, она это замечает!.. Он невозможный!..

— Ладно! ладно… — шепчет он мне.

— Хулиган!..

Объявляют о прибытии полковника. Вот и он.

— Вирджиния!.. Вирджиния!..

Он уже рядом с нами… разговаривает со своей племянницей.

Ах! ее зовут Вирджиния… Как это красиво — Вирджиния…

Он толстячок, этот полковник, скорее расплывшийся, ну, в общем, плотненький… совсем не похож на моего де Антре!.. с толстым задом, маленькой головкой, этакий шарик в домашнем халате… крохотные пронизывающие глазки, гримаса, нервный тик, перекатывающийся с одной щеки на другую и задевающий нос… он жует, короче, тик у него как у кролика… лысина как зеркало… глаз слезится… только один… он его вытирает пальцем… Разглядывает Состена. Строго смотрит на Вирджинию.

— Зачем они здесь? — спрашивает он у нее. Разумеется, по-английски.

Я сразу вмешиваюсь.

— The War office! — решительно объявляю я. Главное — смелость!., все беру на себя! Добавляю:

— The engener speaks only french!.. Инженер говорит только по-французски.

Показываю на Состена Роденкура.

— Oh! Oh! but it's a Chinaman — он удивлен. — О! О! Да это китаец.

Вот тут его черед забавляться! Разглядывает эту заморскую птичку сверху вниз. Состен разворачивает свои планы… свитки… вытаскивает из-под желтого халата еще какие-то бумаги… Ах! неприятный полковник уже во всю веселиться… он предоставляет Состену трепаться, даже поощряет его жестом. Он приглашает нас в гостиную как дорогих гостей, сопровождает нас… я не решаюсь сесть… потом осмеливаюсь… Во, какие кресла!!. Я утопаю! Пузатые монстры! великаны из губки! вся усталость прямо-таки растворяется в них…

Состен все еще заливает, суетится посредине комнаты, даже не присел отдохнуть… он жестикулирует, толкает речуги, брызжет слюной… Теперь он размахивает «Times», страницей объявлений…

— Вы понимаете, полковник?.. Вы согласны?.. Ваше предложение… я за него берусь… вы действительно согласны?.. Я в этом деле компетентный на все сто! Я!.. Я!..

Он только о себе и говорит. При этом сильно бьет в грудь и смертельно боится быть непонятым! Подбегает к окну, показывает полковнику на людей, стоящих там, на улице, которые заняли весь тротуар… переминаются с ноги на ногу… Ах! он такой безапелляционный! Состен не терпит конкуренции!

— Ах! Полковник, Бог с ними! Я вам честно скажу! Нужно, чтобы все эти люди ушли!.. Так продолжаться не может!.. — Либо я, либо ничего не будет, друг мой! А ну пошли!., черт меня возьми… Достоинство!

Все смеются, даже челядь, хватают его за фалды:

— No! No! Sit, Sir! Садитесь, сэр! Он победил. Уж больно забавен!..

Полковнику охота еще потешиться: он просит Состена пройтись, пробежаться, возвращает его, просит снять, снова надеть шляпу… Происходит все это в гостиной… Умора!.. Прелестная крошка Вирджиния хохочет вместе со всеми, только ей не хочется, чтобы его замучили до полусмерти, чтобы выставляли шутом гороховым.

— Sit down, Sir! Sit down! — приглашает она его.

Только ее дядю это не устраивало, дядюшка-то хотел видеть все представление целиком, с халатом, драконом и прочим… А Состен ничего не замечал… На бегу он попутно расписывает во всех подробностях свои похождения, не переставая скоморошничать. Повествует о своих подвигах в Индии, о найденных и утраченных им сокровищах, о своих неприятностях с «Джем просидинг компани», еще бог знает о чем, все так же гаерствуя… о своих технических открытиях… о подлинном перевороте в области электромеханических передач… о том, в каком долгу перед ним наука… о пиретовом колебателе, созданном им именно для газов, о детекторе с чувствительностью до одной миллионной… о всем том, на что он получил патенты в Берлине еще в 1902 году и что у него похитили!..

— Drinks! — распоряжается полковник.

Слуга кидается, угодливо подает… Целая батарея бутылок и бутылочек: виски, коньяк, шампанское, черри…

Полковник наливает себе стаканчик, второй, третий… Пьет в одиночестве. Еще один!..

За каждой стопкой следует «Бу-у-у!» Продирает здорово! Полковник опускается в глубокое кресло, его душит смех — о! о! о! — живот его колышется, его просто корчит. По душе ему Состен, уморительный малый!.. Лично я просто сквозь землю провалился бы, тем паче при малышке. А он знай себе зыркает в мою сторону… Поприличнее бы ему держаться… Да куда там! Разошелся, удержу нет. — Имею удовольствие полагать, господин полковник, что я именно тот человек, который вам нужен!.. Могу утверждать без тени сомнения! Ведите нас в лабораторию, и вы такое увидите!..