— Неужели никак нельзя было позвать на помощь, сбежать, наконец? — сердито спросил Снейп. — Вы же не в пустом замке. Что за манера такая — воображать себя героиней? Хватит нам и одного такого, — он покосился на Поттера.

Халифа опустила голову, проклиная себя за глупость. Наставник снова оказался прав.

Гарри тем временем выдернул кинжал.

— Ого, магическая заточка. Становится острее с каждым использованием…

Снейп воздел глаза к потолку.

— Дасэби, интересно, зачем вас учили магии? Чтобы вы оборонялись кинжалом?

Она смутилась и попыталась оправдаться:

— Я же говорю — заклинания не подействовали. С настоящим князем я бы справилась.

Оба раза, когда мы с ним встречались лицом к лицу, я оказывалась без палочки. Он старался не допустить, чтобы я пользовалась магией, боялся, ведь сам он почти сквиб.

Снейп как-то странно посмотрел на нее, потом отвернулся, взял у Гарри кинжал и поднес лезвие к глазам.

— Закален в зелье Градистермис, — со знанием дела сказал он. — Отменная работа.

Девушка кивнула.

— Он изготовлен Амманом Дишайви — лучшим магоружейником Дамаска.

Профессор полюбовался инкрустированной крупными изумрудами рукояткой в виде обвившейся вокруг стали серебряной змеи и вернул кинжал Халифе.

— Начинайте.

— Я? — Халифа испуганно прижала к груди кинжал.

— Конечно. Мы посмотрим на вашего… Исмаила. Вам не помешает научиться его не бояться.

Девушка подняла палочку, шагнула вперед и опять остановилась.

— Я не могу представить его смешным.

Снейп начал терять терпение.

— Ладно, вы выманите его, а мы прикончим. Поттер, Уизли, подходите.

Халифа замерла, когда боггарт в облике князя Исмаила выплыл из ниши. Он снова яростно оскалился. Но девушка чувствовала за плечом поддержку наставника, и уже не боялась. И вдруг у ног «князя» появился связанный юноша.

— Баранди! — ахнули ребята.

"Исмаил" схватил «Селима» за волосы и, запрокинув ему голову, полоснул ножом по горлу. Почти реальная кровь хлынула пульсирующими потоками, обрызгав Халифу, и заструилась к ее ногам.

Девушка истошно завизжала и упала на колени. В то же мгновение все четыре палочки, зашипев, вспыхнули и соединились тонкой ослепительной ультрамариновой дугой. Легкая ударная волна взметнула всем волосы и одежду. Стены подземелья чуть дрогнули и с потолка посыпалась каменная крошка.

От неожиданности Рон выронил палочку. Боггарт, воспользовавшись всеобщим смятением, снова спрятался.

Снейп ошарашено уставился на свою палочку. Затем медленно перевел взгляд на девушку.

— Магическая возбудимость? — тихо спросил он.

Она, рыдая, кивнула.

Профессор подхватил ее и оттащил подальше от ниши.

— Уизли, вперед!

Рон быстро разобрался со своим «любимым» пауком и они вернулись в кабинет, поддерживая по бокам Халифу, которая все еще продолжала рыдать. «Кровь» на ее одежде исчезла. Профессор разжег камин и подал девушке кубок с водой.

— А что такое магическая возбудимость? — спросил Гарри. — Я об этом никогда не слышал.

— Меня это ничуть не удивляет, Поттер, — ответил Снейп. — Я был бы потрясен, если бы вы о ней знали.

— Я тоже не знаю, — возмутился Рон.

Профессор укоризненно покачал головой.

— Вы мало читаете. В Европе это практически искоренили еще в средневековье. А на Востоке не было таких гонений на колдунов. Магическая возбудимость в различных вариациях проявляется только в некоторых очень старых династиях. Это способность эмоционального воздействия на магические предметы и артефакты, как правило, передающаяся по наследству. Расспросите Грейнджер — не сомневаюсь, она сможет рассказать вам подробнее.

— Отчасти правильно, — пробормотала Халифа, нервно сжимая кубок. — Это есть у всех Дасэби, но у некоторых проявляется очень сильно. Наследство джинна.

Разрушительная сила гнева и отчаяния. Палочки реагируют на сильный выброс негативных эмоций. Все члены нашей семьи полжизни учатся контролировать эту способность, — она помолчала, глядя в огонь камина. — Первые Дасэби творили магию разрушения без волшебных палочек и без гнева. Мой предок джинн мог вызвать смерч в пустыне одним движением пальца.