Шрифт:
— Это квартира моих родителей, — холодно посмотрел на него Никита.
— Вот и я о том же… Короче, пацаны, вот вам ключи от хаты. Накройте там поляну. Сегодня мы с Горбылем нагрянем к вам. Погудим, как в старые добрые времена… Нормаль?
— Кэп, ну о чем базар!
Лицо Витала разгладилось. И уже сияло довольной улыбкой. И только Никита продолжал хмуриться. Не нравилось ему поведение Кэпа. Скользкий он какой-то. И что бы он ни говорил, а квартиру он отдает скрепя сердце…
Ну вот, квартиру он все-таки потерял… Кэп с трудом скрывал раздражение.
— Ты чем-то озабочен? — спросил его Горбыль.
— Есть немного… О Чугунове думаю.
Он и в самом деле о нем думал. На Витала и Ника он был зол. Но, как ни крути, это его пацаны, с них много не возьмешь. А Чугунов… Чугунов — это золотая жила. Вот на ком можно компенсировать потерю…
— Тэк-с, тэк-с, это интересно…
— Наехали мы на Чугуна, хату у него отобрали, четверть «лимона» баксов. И ничего…
— И ничего, — кивнул Горбыль.
— Никакой нам предъявы…
— Никакой…
— А что это значит?
— Слабая у Чугуна «крыша».
— То-то же… Или протекла его «крыша», или ее вовсе нет. Короче, наезжать на него конкретно надо.
— «Засер» ему по полной программе делать… Это мысль…
— Давай через пару деньков и наедем. Чего тянуть?.. А сегодня водочки тяпнем. Нас на новоселье приглашают…
В предвкушении наезда на Чугунова Кэп готов был позабыть обиду на Витала и Ника.
Глава пятая
— Никита, сынок, я не могу в это поверить…
Мать плакала.
Отец держался, но готов был пустить скупую мужскую слезу.
— Ну вот и все. Вселяйтесь и живите. Квартира эта снова ваша.
Только не похожа была эта квартира на ту, прежнюю. В той был сделан обычный элитно-совковый ремонт. Красивые, дефицитные, но вполне заурядные обои, стандартная мебель — тоже дефицит, телевизор «Горизонт», ковер на стене и все такое прочее… А сейчас здесь евродизайн, еврокомфорт, евроуют… Красота, одним словом. Мать и отец были в трансе. После их жалкой вонючей конуры попасть в такие хоромы… Они и мечтать о таком не могли.
Прежде всего Никита велел им вымыться, затем самолично сжег их бомжацкую одежду, заставил примерить на себя обновки. Работу с магазином одежды взял на себя Чаус. Затем прибыл парикмахер, косметолог — это организовал Вован. В течение самого короткого времени из забулдыг его родители превратились во вполне приличных людей. Пока только внешне. Нужно было еще работать и работать над ними, чтобы они стали бы теми, кем были раньше, до черной полосы в их жизни.
Витал посоветовал Никите не связываться с наркологической клиникой. Он самолично договорился с одним высококлассным наркологом, отстегнул ему три штуки баксов в счет будущих доходов Никиты. И, кроме того, нанял толкового пацана — крепкого, внушительной внешности. Ему в обязанность вменили физический контроль над родителями Никиты. Он должен был оберегать их от дружков-алкашей и от соблазна посетить винно-водочный магазин. Словом, за них взялись основательно.
— Да ты не волнуйся, сынок, — сказал Никите отец. — Выпить, конечно, жуть как хочется… Но мы с матерью все понимаем. Нельзя нам больше пить. Жить, понимаешь ли, только начинаем…
— А я, например, вообще пить не хочу, — сказала мать.
Никита им верил. Но контроль над ними решил не ослаблять.
Он вроде бы не прочь был жить в квартире с родителями. Но не торопился переезжать сюда. Довольствовался квартирой в Черняеве, снятой для него риэлторской конторой. В этом районе все свои. И к месту сбора в пять секунд подтянуться можно. Хотя в тот день срочность не понадобилась. Им нужно в очередной раз наехать на фирму «Заправка-сервис». Об этом Кэп и Горбыль сказали им в тот вечер, когда они всем скопом обмывали новую старую квартиру.
А сегодня, через день, выезд…
На этот раз братки от Кэпа зашли к нему без шума. Все те же пацаны. Которые в прошлый раз не по теме на него наехали.
Тогда Чугунов хотел зацепиться за ситуацию. Мол, давайте, пацаны, поляну вам накрою, посидим, типа, за жизнь поговорим. А потом он бы плавно перешел к Кэпу. Дескать, кинул он вас, пацаны, что делать будете? Но ничего у него не вышло. Никто с ним водку пить не захотел… Но, наверное, сегодня они передумали и вернулись, чтобы насчет Кэпа и его кидка переговорить.
— Ну чо, пацаны, я вас не обманул? — спросил Чугунов. — Забрал у меня Кэп вашу хату?
— Считай, братуха, тебе повезло, — кивнул головой бригадир, которого звали Витал.
— Значит, кинул вас шеф?
— А вот за такой базар и в дыню можно получить! — рявкнул второй браток.
Это он в прошлый раз отрихтовал своим ботинком репу Крымову.
— Квартира уже за мной, — сухо сказал тот самый пацанчик, из-за которого и разгорелся весь этот сыр-бор. — Мы во всем разобрались…
Он в этой бригаде самый спокойный. Почти всегда молчит и никогда не ругается. Но это вовсе не значит, что он самый безобидный. Сила в нем какая-то таится. Опасная сила. Если снять его с предохранителя да спустить с боевой пружины — лихих дел может натворить… Не зря его так ценят в бригаде Витала.