Шрифт:
Мальчик начал с палатки.
Он тщательно стал осматривать находящееся в жилище. Первое, на что он обратил внимание, был флаг «Путника», который еще позавчера лежал сложенный в углу. Теперь он был разрезан на простыни для постелей; ножичек лежал на ящике, на остатках материи.
Такой пустяк дал Андрюше мысль, что Катя не могла уйти далеко, не захватив с собой ножа для заметок на деревьях.
Он заглянул в «кухню». Здесь на ящике-столе была приготовлена посуда для завтрака, но пища была нетронута, и по ее количеству мальчик убедился, что в его отсутствие Катя не приступала к еде. Все озабоченнее становились его мысли.
Присматриваясь к вещам, Андрюша без труда заметил отсутствие чайника. Чайник был гордостью всего их хозяйства, и его не хватало.
— Катя пошла за водой! — крикнул мальчик и с замиранием сердца побежал к роднику.
На опушке возле журчащей воды он увидел валяющийся чайник и следы на примятой траве.
Подобно охотничьей собаке, он стал внимательно обслеживать опушку и недалеко от чайника, в траве, он нашел несколько сорванных цветов. Это были цветы, усыпившие его в котловине в ночь видения. Они были уже завядшие.
Не веря себе, он обошел кругом родника — сомнения не оставалось — таких цветов поблизости не росло, значит… Значить, «кто-то», опять «кто-то», участвовал в исчезновении Кати!
Но он, Андрюша, обшарит каждый камень, каждую заросль острова, каждую пещеру, чтоб найти своего друга…
Поздно вечером, после безрезультатных исканий вернулся Андрюша на Прилет в свое горькое одиночество. Жилище было по-прежнему пусто, и только равномерный плеск прибоя, бившего о берег, нарушал тишину.
Убитый усталостью и горем, мальчик лег на пороге своего домика. Тяжелые мысли не давали покоя. Он уже перебрал все планы розысков, и у него все меньше оставалось надежды на то, что Катя жива…
С этими мыслями он погрузился в забытье…
Андрюшу разбудил неожиданный толчок.
Раздался страшный гул, и яркий свет, словно от большого пожара, осветил лес и палатку.
Мальчик поднялся, но не мог устоять и упал; почва под ним тряслась; слышался грохот скал, падающих в море.
Не в силах подняться на ноги, Андрюша почти ползком выбрался на открытое место.
Все небо пылало, прорезываясь сверкающими языками. Море кипело, из его глубин вырывались клубы паров, а с берега, ущельем, полз поток огня.
Земля потеряла свою неподвижность и, казалось, вот-вот рассыпется и погрузится в волны огня и воды.
После первого ужаса Андрюша сообразил, что происходит извержение вулкана.
Он видел, как пылали костры леса вдоль огненного потока; отделялись от берега скалы и рушились; далеко в море выскакивали столбы огня.
Подземные толчки прекратились так же неожиданно, как и начались, но поднялся ураган такой силы, что мальчик едва удерживался за корни растений.
Ураган перешел в грозу. Полил дождь, смешанный с пеплом. А над всем происходящим царило пламя вулкана, сыплющего искры, и раскаленные камни…
Мысль о Кате пересиливала страх за себя. Все равно, бедствие было слишком большое, да и некуда было от него скрыться: на острове хозяйничал Вулкан, и вся суша была в его воле.
До мальчика доносился отчаянный переполох лесных обитателей: клекот птиц, визг животных, ищущих спасенья.
И в эти минуты Андрюша словно набрался сил от бушевавших стихий: придя в какое-то опьянение, он вскричал:
— Если Катя жива, — я найду ее?
И захваченный притоком силы и надежды, он властно закричал в сторону вулкана, как кому-то живому:
— Слышишь! Я найду ее в твоих владениях!!
И странно, едва стих его звонкий голос, как с вулкана в наступившем затишье Андрюша ясно услышал далекий голос, похожий на звук трубы: — О, го, го!!
Андрюша насторожился, не веря слуху, но совершенно ясно оттуда, издали, еще раз послышалось: — О, го, го!! Без всякого сомнения это быль человеческий голос, мощный, как труба.
Усталости и отчаяния как не бывало. Силы мальчика удесятерились: там кто-то есть!
И возвратившись в жилище, он ощупью разыскал необходимые для дороги вещи, чтобы сейчас же, не откладывая, идти на голос неведомого существа.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ,
благодаря которой читатель немного успокаивается за судьбу героини
Проводив Андрюшу и вернувшись после купания на Прилет, Катя принялась за приведение в порядок хозяйства.
Только на то, чтоб разобраться в обширном багаже, требовалось немало времени, а еще надо было распределить его: более нужное разместить в первой половине, а остальное в «складе» или в «кухне», как назвали друзья заднюю часть палатки.