— Спрашиваешь! Где книга?!

— Во второй комнате от входа на полке слева внизу лежит.

— Странно, а мне казалось, я там вчера все осмотрел, и ничего похожего не видел.

— Ты? Да не смешите мои тапочки. Ты одинаковые носки найти не в состоянии, сколько тебя знаю, всегда в половине случае разные цеплял.

— Всем великим людям свойственна рассеянность.

— Тогда тебе пора лечиться от мании величия и склероза.

— Нет. Еще рано, — подумал Келеэль, — книгу я подбросил только сегодняшней ночью. И вообще, причем тут люди?

Последующие дни эльфы пытались вялить выманенных иллитидом на берег рыб, смастерили какое-то кособокое подобие телеги на колесах, испытали, увидели, что даже при небольшой нагрузке они жутко вязнут в песке, поругались между собой и заменили колеса широкими полозьями, назвав получившуюся конструкцию песчаными санками. Долго обсуждали, можно ли к повозке приделать какие-то гусеницы, но, в конце концов, решили, что им их все равно не изготовить. На получившейся в результате повозке они и совершили первое долгое путешествие за пределы оазиса. Хорошо, что взяли с собой иллтида, а то бы точно заблудились и дороги обратно не нашли. Но, как это ни странно, что именно стоит одевать в пустыню эти эльфы знали. На разведку их отряд выбрался, замотавшись в светлые ткани по самые глаза и взяв с собой половину имеющейся герметичной посуды с водой.

Келеэль вспомнил свой первый визит в подобную местность и едва не сплюнул. Первая пустынная экспедиция, в которую он ходил вместе с учителем-друидом на поиски легендарной колючки-водоноса, которая растет над подземными реками, результатов не принесла, если не считать таковыми пострадавшие от песка, гонимого ветром, лица эльфов, участвовавших в ней. В пустыне оказались почти бессильными навыки гидромантии, имевшиеся уже тогда у юного эльфа. Учитель друид тоже мог сделать немногое там, где не желало расти ничего из привычных ему растений, чьи зачарованные семена он всегда носил с собой. Если бы не опытные караванщики, сопровождавшие их, и от общества которых волшебники едва не отказались, первое же знакомство с пустыней вполне могло стать для будущего архимага последним.

Лишь во время четвертой поисковой экспедиции, организованной молодыми эльфами на седьмой день пребывания в оазисе охотникам улыбнулась удача. Иллидит почуял какого-то крупного хищника, которым при ближайшем знакомстве оказался гигантский варан.

Его естественно прихватили с собой и своим ходом пригнали в оазис. Сначала на него пытался заявить свои права Семен, но под давлением женской части общества был вынужден уступить свое место Викаэли. Эта эльфийка была если и не прирожденной воительницей, то самой наглой и решительной из всех девушек оазиса точно. К тому же она оказалась единственной, у кого выпущенные из лука стрелы летели не только в сторону цели, но и довольно регулярно попадали в мишень. Да и в фехтовании она совсем не уступала мужской части коллектива. Шамана так даже и превосходила.

Девушка сторонилась гигантских насекомых, приспособленных для верховой езды, они явно ей не нравились, а вот по отношению к рептилиям она такой неприязни не испытывала. О чем-то пошушукавшись с принявшим команды эльфийки к исполнению иллитидом, она взгромоздилась на рептилию и устроила настоящее шоу. Варан бегал. Варан прыгал. Варан пытался лезть на дерево. Его наездница визжала. Его наездница хохотала. Его наездница была счастлива.

Шаман пытался ее урезонить. Шаман пытался ей приказать. Шаман пытался ее умолять. Варан имитировал наезд на шамана. Бесполезно. Михаэль не прекратил увещевания, а Викаэль его так и не начала слушать. Отчаянная наездница, судя по всему, собиралась откалывать на гигантской ящерице разнообразные трюки до тех пор, пока та не рухнет. И она рухнула. Просто споткнулась, когда девушка заставила ее бежать на двух задних лапах. Взвизгнувшая от неожиданности эльфийка вылетела из седла, сделала сальто в воздухе и приземлилась на ноги.

— Кажись, переборщила чуток, — ошалело пробормотала она и тут же ойкнула, словив сильную оплеуху, — ты чего дерешься?!

— Ты зачем зверя загнала?! А если б ты шею свернула?!

— Ну не свернула же. Сейчас Дермантин встанет и продолжим.

— Хорошо хоть, что не Кожезаменителм ты эту ящерицу обозвала. На сегодня цирк закончен. Завтра собираем монатки и идем искать другое место жительства.

— Что?! — разъярилась воительница, — А почему мне никто не сказал?!

— Ты же очень занята была. Каталась, каталась, вот и докаталась. В общем, мы туту немного подумали, всемером, и решили, что пора отсюда уходить.

— Но почему? — обескуражено спросила девушка, потирая свою пострадавшую при жестокой посадке…спину

— Хлеба почти нет, да и остальные продукты кончаются, — ответил ей подошедший Серый, как всегда не расстающийся с кольчугой и плащом, — На одной рыбе, разумеется, прожить можно. Вот только кому это нужно? Да и в любом случае, не куковать же нам в этом оазисе вечно?

Эльфийке явно хотелось поспорить с шаманом и так же явно не хотелось спорить с воином, который в первую же ночь попытался скрасить ее одиночество во время ночной прогулки под луной. Попытка увенчалась успехом. Хотя, судя по обмолвкам, проскальзывавшим в разговорах, вся группа уже была знакома друг с другом достаточно давно и единственной недавно, а потому непрочно, сложившейся парой были Семен и Шура. Девушке в их отношениях очень мешало отсутствия алтаря, с помощью которого можно было бы провести брачную церемонию, а вот ее парню это наоборот придавало второе дыхание.

— Ты думаешь, мы готовы? — взвесив для себя все за и против, спросила Викаэль, с задумчивым видом сгибая и разгибая повод подошедшего обратно к хозяйке варана.

— Морально давно готовы, а физически мы останемся на том же уровне, даже если будем продолжать регулярные тренировки не неделю, а целый месяц. — Заверил ее шаман. — Наши тела почти не устают, чертовски гибкие и невероятно сильные. Я тут советовался с Настей, и она как врач заявила, что это ненормально, но очень полезно. По ее мнению, если не будем целыми днями лежать на диване и плевать в потолок, такими они, скорее всего и останутся. А мы не будем, поскольку у нас нет ни диванов, на которых можно было бы предаться столь высокоинтеллектуальному занятию.