— Есть план «Б»? — спросила я.

— А он нужен? Я хочу сказать, если Сет — убийца…

— Я не уверена, но допустим, что он у нас есть, — сказала я.

Хорошо, что он у нас был, потому что вечером в субботу бедного Сета доставили обратно в отель. Только теперь его поместили в старую часть здания, где не было ни кондиционеров, ни раздвижных дверей сзади. А к дверям его номера приставили охранника, стоявшего на посту круглосуточно. Еду должны были доставлять на усмотрение Фуэнтэса и под эскортом полицейских. Казалось, было как-то невежливо жалеть, что его не арестовали и не выдвинули обвинение, но я уверена, что была не единственным человеком, кто почувствовал бы облегчение, если бы так случилось.

На следующий день было воскресенье. Мы с Мойрой встали очень рано и в столовой пополняли запасы мяса и сыра. В 8.15 мы подошли к стойке администратора и попросили вызвать для нас такси. Тут же появился Фуэнтэс. Должно быть, у него был какой-то колокольчик под столом или очень хороший слух.

— Вы не можете покинуть отель, дамы, — строго сказал он.

— Мы собираемся в церковь, — заявила Мойра. — Мы никогда не пропускаем воскресную мессу. Вы не можете помешать нам участвовать в богослужении.

Я упоминала о том, что Мойра — иудейка?

Фуэнтэс окинул нас взглядом. Мы обе взяли с собой по платью в путешествие, надеясь, что сможем сходить пообедать в ресторан в Сантьяго, и вот мы были в них одеты, на головах — шляпки от солнца. Обуты мы были в наши лучшие сандалии. К счастью, мое платье было свободного покроя и скрывало шорты и футболку. Кроссовки мои лежали в сумке. Еда находилась в умке у Мойры.

— Мои офицеры будут рады отвезти вас в церковь, — наконец произнес Фуэнтэс. — Они подождут вас и привезут обратно.

— Спасибо, — поблагодарили мы.

В церкви уже было полно народу, когда мы приехали. Полицейские высадили нас прямо у дверей и проследили, как мы вошли внутрь. Я достаточно долго задержалась на входе, чтобы заметить, что они заглушили двигатель довольно близко от дверей. Они уже откинули сиденья и устраивались поудобнее. В течение нескольких минут церковь заполнилась и молящимися и туристами. Входные двери были забиты людьми, которые пришли только послушать. Сесть было негде.

Когда началось пение. Мойра украдкой передала мне сумку с провиантом, оглянулась через плечо и скомандовала:

— Иди!

Через пару мгновений я вышла через боковую дверь. План «А», а теперь и план «Б» были завязаны на одной хитрости: не на одном, а на двух идентичных белых «сузуки», что мы арендовали в предыдущий день, изначально намереваясь провернуть операцию с подменой. Этот план сорвался из-за попытки Сета обрести свободу. Одна из машин находилась у отеля под бдительным присмотром карабинеров. Вторая стояла на боковой улице города. В то самое время, когда я сидела тогда у окна в ресторане, в который мы зашли после пункта проката, и притворялась, что разговариваю с Мойрой, она выскользнула через задний выход, забрала вторую машину и припарковала ее на боковой улице, куда я в данный момент и направлялась. Существовала, конечно, возможность, что карабинеры, которые наблюдали за нами, зашли в пункт проката и выяснили, что мы на самом деле взяли две машины. Но не думаю, что они стали бы это делать: мы зашли в пункт проката и выехали оттуда на машине.

Через пять минут я уже сидела во втором автомобиле и была в пути.

В агентстве не будут в восторге оттого, что один из их автомобилей арестован, но мне было все равно.

Я пулей летела по дороге к аэропорту, потом повернула в глубь острова на раздолбанную дорогу и поехала по ней. Я знала, что у меня меньше часа, чтобы добраться до Гордона и вернуться обратно в церковь. Проблема была в том, что я не была уверена, там ли я свернула и на ту ли дорогу. Несколько дорог разбегались в разных направлениях. Я выбрала одну, но она просто закончилась, и не у скалы, как я ожидала, а у небольшой рощицы. Спустя полчаса я поняла, что потерпела поражение. Я боялась, что не смогу снова найти главную дорогу. Мойру поймают в церкви одну, без меня, и нас обеих запрут в номере. Не в наших интересах было позволить этому случиться. Я направилась вниз, надеясь найти главную дорогу, на которую я должна была, в конце концов, выбраться. Я смотрела направо и налево так часто, как могла, чтобы не заблудиться окончательно, высматривая скалистое образование, в котором была семейная пещера. В итоге, когда я почти отчаялась, я нашла асфальтированную дорогу и направилась обратно в город. Это было лучшее, что я могла сделать.

Последние замешкавшиеся посетители покидали церковь, когда я проскользнула в боковую дверь, а потом вышла через главный выход вместе с Мойрой.

— Ну, разве не чудесные песнопения? — произнесла Мойра, когда мы забирались в машину нашего полицейского эскорта.

— Изумительные, — подтвердила я. Когда-нибудь я бы с удовольствием их послушала. — Мне так понравилось, я бы и завтра утром сходила на мессу.

Мойра замолчала на минуту.

— Отличная идея, — согласилась она. — Я поговорю с капралом Фуэнтэсом об этом.

— Скажи мне, что ты нашла его и с ним все в порядке! — взмолилась Мойра. Мы неторопливо шли через газон к нашему номеру, когда полицейские оставили нас в покое.

— Я не смогла найти то место, — вздохнула я. — Все боковые дороги выглядели одинаково.

Мой голос дрогнул, и она взяла меня за руку.

— Давай переоденемся в купальники и пойдем на наше любимое место. Надо разработать план «В», — предложила она.

— Мне надо найти способ связаться с Викторией, — заявила я, когда мы оказались на нашем привычном месте около края утеса. — Надо, чтобы она нарисовала карту, как добраться до пещеры. Я знаю, что сначала правильно свернула, но когда мы ехали с Гордоном, он давал мне указания. А я тогда сконцентрировалась лишь на том, чтобы не влететь в выбоину и не разбить грузовик. Я просто не осознавала, как много там было боковых ответвлений от проселочной дороги. Некоторые из них были неплохо укатаны, и я подумала, что это не то, что мне нужно, но может быть, я ошиблась. Возможно, карабинеры уже побывали у пещеры, и это их следы я видела.