Шрифт:
Игнат зашел к нему с улыбкой до ушей.
– Здоров, командир! Товар принимай!
– Какой товар? – непонимающе уставился на него кооператор.
– Как это какой товар? Ткань джинсовая, шесть рулонов...
– Погодите, а разве мы с вами договаривались о поставке?
– А в чем проблема? Сейчас договоримся...
– Нет, так дела не делаются. Тем более, что у меня есть свои поставщики...
– Так они с тебя реальную цену дерут, а я за полцены толкну... Я тебе, командир, честно признаюсь. Товар... ну не совсем чистый....
– Ворованный?
– Ну можно сказать, что и так... Не, ткань в самом деле классная. Пошли, глянешь. Если понравится, я тебя и джинсовкой завалю и вельветовкой. Все будет на мази, отвечаю...
– Дело в том, что меня не устраивает ворованный товар, – замялся Садков.
– Так в полцены же... Возьми хотя бы эту партию. Качество отличное, я тебе говорю. Товар в машине. Пошли, хотя бы глянешь...
Олег не смог удержаться от искушения и отправился смотреть дармовую ткань. Игнат открыл перед ним багажник. А там пустота.
– Не понял! – возмущенно протянул кооператор.
– Сейчас поймешь! Он ударил его не очень сильно. Но этого хватило. Олег потерял сознание, и тут же оказался в багажнике. Игнат захлопнул дверцу и сел в машину.
– Все как по маслу! – подмигнул он Вилли.
Машина сорвалась с места и через час остановилась в самой глухомани Рублевского леса. Но прежде чем вытащить кооператора, Игнат велел привязать к дереву Толяна. Он должен был играть роль должника-коммерсанта.
Олега вытащили из машины, привязали к соседнему дереву, заткнули рот кляпом. Но наезжать пока не стали. Первым под раздачу попал Толян.
– Я не понял, карась, ты когда бабки отдашь? – пнул его ногой Лева.
Это был как раз тот случай, когда размах на рубль, а удар на копейку. Но Толян взвыл так, как будто у него разорвалась селезенка.
– Не-ет у меня бабок! – выл он. – Вы же палатку мою сожгли! Откуда бабки?
– И вторую палатку сожжем. И третью...
– Нет у меня второй палатки. Одна всего была. И денег нет. Ничего нет!
Шквал показных ударов оборвал его истошные вопли. Все это происходило на глазах кооператора. Игнат думал, что у него от страха лопнут глаза. Или мочевой пузырь.
– Хорош! – остановил пацанов Игнат.
Лева и Вилли отошли от «истерзанного» тела.
– Я отдам... отдам деньги... – скулил Толян.
– Как же ты их отдашь, если их у тебя нет?
– Я найду... Найду...
– Да нет, братан, сегодня был последний срок... Помнишь, я тебе говорил, что мы шутить не будем. А ты не верил. Думал, что мы тебя на понт берем. Нет, мы тебя не пугали. Мы говорили то, что будет...
Игнат многозначительно посмотрел на Леву. Тот кивнул и достал из-за пояса охотничий нож.
– Не надо! – завизжал Толян.
Но Лева его не слушал. Он подошел к нему, сел на корточки, одной рукой обхватил голову, задрал кверху подбородок. А второй сделал режущее движение. При этом он незаметно раздавил пакетик с бычьей кровью, которая залила «зарезанному» Толику грудь.
Лева достал платок, вытер нож. И подошел к Садкову.
– Не надо, не надо! – забился в истерике кооператор.
– Чего не надо? – удивленно посмотрел на него Игнат. – Ты не боись, тебя-то резать никто не собирается...
– А за что... За что меня резать?..
– Да пока не за что... Хотя хрен его знает... Вдруг ты окажешься таким же непонятливым, как этот урод?.. Хотя вряд ли. Мне кажется, Олежа, что ты честный человек. И считаешь, что долги нужно отдавать...
– Какие долги?
– Ну как какие? Тебе Кеша Серобоков бабки на раскрутку давал?
– Давал... – обреченно кивнул кооператор.
– Сколько?
– Две тысячи рублей.
– А он говорит, что пять.
– Врет он!
– Значит, он с процентами хочет вернуть.
– Какие проценты? Мы не договаривались о процентах...
– Сейчас мы с тобой договоримся. И скрепим договор кровью...
Игнат поднял руку, подавая Леве знак. И тот шагнул к жертве.
– Не надо! – взвыл Олег. – Я отдам! Пять тысяч отдам!
Лева снова встал на свое место. А Игнат ободрительно похлопал терпилу по щеке.
– Деньги где?
– У меня в кабинете, в сейфе...
– Сейчас мы поедем к тебе, и ты отдашь нам ровно пять тысяч.
– Хорошо.
– А чтобы ты нас не кинул, мы подстрахуемся...