Но собраться с мыслями никак не получалось, они метались и разбегались в разные стороны. Согнать их в кучу не помог даже контрастный душ. Что-то не давало Сергею покоя, ржавым гвоздем сидело в голове, отвлекало. Что-то такое, важное, но еще до конца не оформившееся.

Он не стал завтракать, с чашкой свежесваренного кофе прошел в свой кабинет, включил компьютер. Может, они изначально не там искали, истолковали все неправильно? Они не переставали думать о Ядвиге и совсем не вспоминали о ее муже, Аристархе Многоликом. Почему он многоликий? Потому что творил в разных стилях или потому что любил примерять маски?..

Через час блужданий в Интернете Сергей утвердился в мысли, что они с Полиной ошиблись. То, что он узнал из биографии Аристарха Многоликого, могло быть всего лишь совпадением, но очень странным совпадением...

Сергей варил себе уже четвертую по счету чашку кофе, когда вспомнил наконец то, что следовало проверить незамедлительно. Когда несколько дней назад он говорил Полине, что в милиции фиксируются все входящие звонки, он был близок к разгадке, но память сыграла с ним злую шутку, заставила забыть то, что забывать нельзя было ни в коем случае.

Когда Полина умирала на кладбище, кто-то вызвал ей «Скорую». И этот «кто-то» не представился, не стал дожидаться врачей, он пожелал остаться неизвестным...

Сергею повезло: диспетчер, дежуривший в тот вечер на станции «Скорой помощи», оказался на рабочем месте. Судя по звонкому голоску, барышня была еще молодой и наивной. Сергей представился следователем прокуратуры, и она выболтала ему всю информацию по тому «ужасному случаю». Теперь в активе у него имелся номер звонившего и точное время звонка.

Он долго смотрел на числа, складывающиеся в смутно знакомую комбинацию, потом открыл записную книгу своего мобильного. Через минуту он нашел то, что искал...

На поселковой остановке было малолюдно. Полина подошла к покосившемуся столбу с расписанием и тихо застонала. Выходило, что рейсовый автобус появится не раньше чем через два часа.

Ладно, она подождет. Это же не глушь какая-нибудь, здесь даже люди иногда встречаются. Плохо только, что от духоты и яркого солнца голова болит и немного кружится. И таблетки, те, что ей выдал Сергей, она забыла выпить.

Знакомый «уазик» остановился перед приунывшей Полиной спустя час ожидания.

– Какими судьбами?! – Милиционер Вася улыбался своей голливудской улыбкой, озорно щурил голубые глаза. – Что, опять к нам по работе?

Она неопределенно пожала плечами, улыбнулась.

– А коллега ваш где?

– А коллега в Москве остался. – Полина смахнула со лба капельки пота. – Ему повезло.

– Автобус ждете? – Вася спрыгнул на дорогу, поднимая облачко пыли.

– Ага, мне в райцентр.

Он глянул на часы, присвистнул:

– Это вам еще час как минимум ждать. Да еще не факт, что рейс не отменят, у нас такое частенько случается: бензин разворуют, или шоферня в запой уйдет. А давайте я вас подброшу. Мне все равно по пути, я вон бабу Мотю в больницу везу, – он кивнул на «уазик», на заднем сиденье которого действительно сидела сухонькая бабулька. – Поедете?

Милиционер Вася никак не походил на маньяка, и Полина решилась:

– Еду!

Она забралась на пассажирское сиденье, положила альбом на колени.

– Фотографии? – спросил Вася, включая зажигание.

– Гербарий, – улыбнулась она.

«Уазик» прокашлялся и тронулся с места. Бабулька испуганно перекрестилась, а Вася широко зевнул, виновато посмотрел на Полину:

– Прошу прощения, ночка выдалась еще та. – Он вдруг нахмурился, сказал подозрительно: – Вы ж неспроста к нам? По горячим следам небось приехали? И когда только узнали?

– О чем узнала? – переспросила Полина.

– О том, что отца Владимира убили.

Старушка заахала, что-то быстро забормотала. Полина на мгновение зажмурилась, прогоняя видение парящего между деревьями тела.

– Я тут подумал, – Вася бросил на нее быстрый взгляд, – нехорошо это. Ну, то, что я вам раньше все рассказывал, неправильно и это... – он поморщился, припоминая нужное слово, – неэтично, вот! Я, знаете что, я вам деньги, пожалуй, тоже верну, чтобы уж совсем по-честному. Только у меня с собой сейчас нет, я завтра, хорошо?

– Не надо завтра, товарищ милиционер. – Полина покрепче сжала альбом. – И помогать нам не надо. Мы больше этим делом не занимаемся.

– Да? А что так? – Вася смотрел недоверчиво. – Что, как и меня, отстранили? Типа, рожей не вышли?