– Операция?

– По удалению волосяных покровов…

Леха, конечно, любил, когда заботливая женская рука порхает над этим местом. Но чтобы так…

Ловкими быстрыми движениями сестра начала соскабливать бритвой волосы в паху. Насухо. И больно. Но как бы в качестве компенсации она иногда прикасалась пальчиками к его стеблю…

Леха чувствовал себя жуть как неуютно. Он на кушетке со спущенными штанами, сестра, бритье. Никакой романтики, никакого интима. Поэтому он даже удивился, когда почувствовал мощный прилив крови в пах.

– Ой! – вскрикнула сестра.

И будто даже брезгливо оттолкнула от себя его чудо.

– Тебе что, не нравится?

Лехе было неловко. Но он привык не теряться в любой ситуации.

– Ужас!

Она даже набросила на его сокровище какую-то пеленку, подвернувшуюся под руку.

– Такого в моей практике еще не было!

– Чего такого?

– А ты сам не понял? – зарделась она.

– А-а, ты про это… Ты что, никогда заряженной пушки не видела?

– Какой пушки?

– Которая может выстрелить… Сама знаешь чем…

– Тьфу на тебя!

Сестра сунула ему в руку бритву. Делай, мол, все сам. И выскочила из процедурной. Щеки ее пылали.

Леха только пожал плечами. Чумная она какая-то…

Он сделал все сам. Затем лег на тележку, на которой его повезли в операционную. Перед этим ему сделали какой-то укол. Стало так хорошо, хорошо. Язык развязался…

– Я буду жаловаться, – сказал он в операционной врачу.

Будто не он это говорил. Будто кто-то другой.

– На что? – тот даже не удивился.

– Ваша сестра отказалась меня обслуживать…

– Я вас обслужу, – усмехнулся врач.

Он сделал ему еще укол. И Леха куда-то провалился…

Очнулся он в какой-то палате. На высокой койке. И увидел ту самую сестру.

Она стояла перед ним. Руки в карманах. Поджатые губы. Вокруг нее туман.

– Вы мне не нравитесь, Белов! – холодно сказала она.

Леха хотел ей что-то сказать, но язык не повиновался. И тело словно парализовано.

– У вас язык без костей. Мелете всякую чепуху…

Да, да, перед тем как отключиться под наркозом, он нес что-то несусветное. И, наверняка, что-то насчет этой милашки. Ему вдруг стало стыдно. Может быть, впервые в жизни.

– Вы очень обидели меня, – заключила сестра.

И стала куда-то исчезать. Туман поглотил ее. А с ней и всю палату… Леха снова отключился.

Когда он очнулся в следующий раз, он обнаружил возле себя врача. Того самого дежурного хирурга.

– Доктор, я что-то не то говорил? – сделал он умоляющие глаза.

И язык уже повиновался ему. И тело было послушно.

– Да было дело, – усмехнулся тот. – Но вы не волнуйтесь, под наркозом часто такое наговорят…

– А что я говорил?

– Пусть это останется врачебной тайной…

И снова усмешка поползла по лицу врача.

– Я ее сильно обидел?

– Кого ее?

– Я даже не знаю, как ее зовут…

– Наташа.

– Значит, вы знаете, о ком речь, – сделал вывод Леха. – Значит, я в самом деле про нее такое наговорил…

– Мы все уже об этом забыли.

– А я нет.

Лехе стало стыдно.

– Я попрошу у нее прощения, – решил он. – Времени у меня много. Мне ведь долго здесь лежать?

– Да. До завтрашнего утра.

– Не понял…

Леха догадался провести рукой по низу живота. Там у него должен быть свежий шов после операции. Но там ничего не было.

– Операцию отменили в последний момент, – сказал доктор. – Мы вас чуть зря не порезали…

– Почему зря?

– У вас не аппендицит. У вас приступ иного характера. Возможно, это связано с желчекаменной болезнью. В общем, вам нужно пройти полное медицинское обследование в стационаре.

– У вас?

– Можно и у нас. Но лучше в Центральной клинической больнице. У вас, наверное, есть возможность туда попасть…

– Почему вы так думаете?

– В отличие от Наташи, я знаю, кто вы такой… Мне лично не очень нравится творчество «Голубой мечты». Но я знаю, кто в этой группе солист. А Наташа, как это принято сейчас говорить в молодежной среде, балдеет от вашей музыки. Но вас не узнала. Странная ситуация, не правда ли…

– Может быть, – кивнул Леха. – А она что, в самом деле не знала, кто я?