Шрифт:
– А вы можете еще что-нибудь вспомнить? – взмолилась Кира. – Какие-нибудь подробности про этого молодого человека? Куда Аня его повезла? Кто этот ее второй приятель?
– Второй – он нерусский был. И вроде бы я его у Аньки уже видала. Обычно-то мужики у нее не задерживаются. Во второй раз редко кто приходит. Смекнут, что Анька вроде бесплатной проститутки, и больше ни ногой. Да и чего им ходить, когда Анька никого подолгу не ждет. Бац! И местечко на ночь уже новым хахалем занято. Противно ведь! А этот, видать, не из брезгливых оказался.
– А звать его как?
– Анька его Ваней называла. Хотя какой он Ваня! Вано – в лучшем случае!
– А машина? Машину вы его видели?
– Машину, да! Видела.
– А что за марка?
– «Шестерка».
– А цвет?
– Белый. Верней, когда-то был белый, а теперь под грязью и ржавчиной уже и не поймешь толком, какой цвет-то у машины!
– Значит, Вано этот не из богатых?
– Какое там! Свитер, куртка, джинсы рваные, сапоги гнилые, сам небритый и половины зубов во рту нету! Убожество! Даже странно, чего это Анька с ним цацкаться вздумала. У Аньки, хоть она и шалава, мужики все как на подбор. Чистенькие да ухоженные. А по этому сразу видно, что живет он в общаге, немытый и неухоженный. Баба, если и имелась, дома осталась. Смотреть за ним тут некому. Вот и опустился мужик.
– А занимается чем?
– На рынке, думаю, торгует. Или ларек свой имеет. В машине у него вечно то яблоки ящиками, то капуста мешками, то морковь, то еще какой фрукт или овощ.
Что же, эта информация хоть как-то приближала подруг к таинственной Ане. Но куда же она и ее приятель зеленщик могли увезти Сергея? А в том, что этой ночью в гостях у Ани был именно их Сергей, подруги не сомневались. Соседка практически со стопроцентной вероятностью опознала парня. Да еще сама Кира наблюдала, как Аня увозила Сергея. Но что произошло дальше? Куда они могли подеваться? И зачем Аньке и ее зеленщику понадобилось увозить Сергея под утро из дома?
Выйдя на улицу, подруги переглянулись.
– Очень странно. Как-то одно с другим не складывается.
– Да.
– Обычно Аня «снимала» мужчину на ночь и везла его к себе домой.
– Где устраивала ему ночь любви!
– А тут она и часу наедине с ним не пробыла, а уже Вано вызвала.
– Может быть, он сам приехал?
– И что? Зачем приехал?
– Соскучился и приехал. Не знал, что у Аньки гость.
– И что?
– Что! Приревновал! Драться полез!
– Никакого шума соседка не слышала.
– Ну, значит, без драки дело обошлось. Вошел этот Вано, увидел разлегшегося на кровати Сергея, врезал ему от души и…
– И что? Куда он потом потащил бедолагу? И почему Анька не возмущалась, не протестовала, а, наоборот, охотно помогала этому Вано вытаскивать Сергея из квартиры?
Все это выглядело достаточно странно. А в свете того, что место нахождения Сергея до сих пор оставалось не выясненным, даже пугающе. И подругам с каждой пролетающей минутой становилось все очевиднее, что кого-то из этой троицы им предстоит найти. Конечно, лучше всего самого Сергея, но за неимением оного, сойдут и Анька, и этот ее Вано. Как-никак, а он тоже свидетель. Или даже не свидетель, а… а соучастник?
Глава 11
Вернувшись к себе в родной «Чудный уголок», подруги первым делом пошли в дом к соседям.
– Сергей не вернулся?
Они могли и не задавать этого вопроса. Выражение лица Натальи говорило само за себя. Нет, Сергей не возвращался. Известий от него по-прежнему не было. И Селестра, потихоньку от Натальи, уже начала обзванивать больницы и морги в поисках внука или хотя бы его тела.
– Завтра похороны Алексея, и если Сережа не вернется до тех пор, то…
Селестра не договорила, но все и так было ясно. Без слов. И все же подруги рассказали Наталье о том, что им удалось узнать про Сергея.
– Аня? – недоуменно покачала головой несчастная женщина. – Впервые слышу это имя. Сережа говорил мне про Леночку. И вдруг Аня! Откуда она взялась?
– Сергей подцепил ее в ночном клубе.
– Это так не похоже на моего сына.
И, прижав платок к глазам, она заплакала. Подругам было искренне жаль ее, но что они могли в данном случае поделать?
– Наталья, скажите, а у Сережи есть бабушка?
– Ну да. Мать моего покойного мужа. Ольга Евдокимовна.
– Нет. Другая.
– Другая? Вы имеете в виду моя мать?
– Да.
– Она умерла. А почему вы спрашиваете?
– Понимаете, Наташа, ваш сын, когда его вытаскивали из квартиры, все время бормотал что-то про бабушку и ее мягкий диванчик.
– Диванчик? – внезапно побледнела Наталья. – И что же он бормотал?
– Мы не знаем, – несколько удивленная ее странной реакцией, ответила Кира. – Мы сами не слышали, но нам соседка сказала, что Сережа, будучи пьяным, упоминал свою бабушку. И просил, чтобы его отвезли к ней.