Роджер Бонхэм коснулся своих аккуратно подстриженных усов.

– Понятно, Хюберт. Она заплатила налог за северо–восточные земли?

– Да, эти земли достались ей по наследству.

– Кто–нибудь видел, куда она ходила? – обратился Бонхэм к посетителям.

Мужчина, стоявший возле двери, ответил:

– К Гарингтону. Я обратил внимание на ее ветхую одежду.

Гордо подняв голову, Роджер шел по улице. Встречные мужчины уступали ему дорогу и приподнимали шляпы. Женщины улыбались Бонхэму, не догадываясь о том, что этот самодовольный человек вовсе не замечает прохожих. Роджер Бонхэм знал, с каким почтением относятся к нему жители Виксбурга. «А почему бы и нет? – размышлял он. – Каждое сказанное мной слово, каждый поступок, совершенный после прибытия сюда, были направлены на завоевание этого города. И мне это удалось».

Он вошел в ювелирный магазин Гарингтона. Увидев богатого клиента, хозяин устремился к нему.

Роджер сразу приступил к делу.

– Недавно вам продала какую–то драгоценность молодая леди. Я хочу купить ее.

Гарингтон протянул брошь Роджеру Бонхэму.

– Прекрасная вещица! Правда, молодая леди обвела меня вокруг пальца. – Ювелир усмехнулся. – Но я готов продать эту изумрудную брошь за ту же цену, за которую купил сам. Для вас это будет выгодная сделка. Четыреста долларов.

Роджер с презрением посмотрел на него.

– Глупец! – воскликнул он. – Неужели вы думаете провести меня? Вы дали ей двести долларов и получите от меня столько же. – Он протянул руку за своим кошельком.

У Гарингтона перехватило дыхание, но он овладел собой.

– Простите, сэр, но эта брошь стоит гораздо дороже.

– Это вы обвели девушку вокруг пальца, – отрезал Роджер и бросил на стол двести долларов. – Я хотел предложить вам что–нибудь в виде компенсации, однако ваши слова задели меня, поэтому ограничусь этой суммой.

Роджер подбросил брошь, поймал ее на лету и, положив в карман, вышел из магазина. Сейчас, идя по улице, он думал о загадочной Холли Максвелл.

Холли сидела на берегу реки, обхватив руками колени, и задумчиво смотрела на солнечные блики, играющие в воде. Ветви плакучей ивы шелестели от легкого весеннего ветерка и склонялись над величественной рекой. Для внутренней тайной жизни Холли это было особое время.

Девушка засмеялась, увидев черепаху на камне возле воды. Большая рыба, словно дразня Холли, проплыла у самых ее ног.

Холли испытала облегчение, вспомнив, как ускользнула от матери. Рано проснувшись, она отправилась в город, сделала все, что нужно, и даже успела вовремя вернуться, упаковать вещи и укрыться в болотах до появления Клаудии. С этого момента земля принадлежит только ей! Девушка решила не показываться три дня и как следует подумать о будущем.

Предстоит многое сделать. На этой земле нелегко жить, но дедушка справился, и она все одолеет. Он хорошо ее обучил. Здесь полно рыбы, кроликов, белок, оленей. Холли знала, что земля, на которой дедушка выращивал урожай, плодородна и ждет, когда ее засеют. Что ж, если возникнет нужда в деньгах, можно ловить раков и отвозить их в Виксбург. Не такая уж несбыточная мечта купить лодку – тогда и улов станет прибыльнее.

«Все образуется, – размышляла Холли, погружаясь в сон. – Нет, я не перееду в Виксбург. Мать и другие южане, не имеющие корней, возможно, и уживутся с янки, но для меня главное – сохранить свой мир. Здесь я никогда не утрачу свободу». Однако в душе девушки зародилась тревога. Будущее не только манило, но и пугало ее, ибо Холли понимала, что впервые в жизни ее ждет одиночество. Все еще красивая Клаудия, вероятно, скоро выйдет замуж, тогда как у Холли никого нет.

Внезапно она вскочила и, нагнувшись, посмотрела на свое отражение. «А я красивая? Папа всегда утверждал, что красивая, но разве отцы говорят иначе?»

А вот Клаудия постоянно укоряла дочь за то, что она пренебрегает своей внешностью. По мнению матери, женщины должны стараться выглядеть привлекательными.

Холли перекинула косу за спину. В лучах солнца ее волосы отливали бронзой. Может, расчесать их или завить? «Оставь, – сказала она себе. – Не все ли равно, как ты выглядишь в этой глуши?» Девушка села и прислонилась к иве. Сейчас она хотела насладиться своей первой победой и обретенной независимостью. Какое счастье, что удалось уплатить налоги и вернуть себе землю. Теперь никто не отнимет ее, никто…

Солнце уже садилось, когда Холли проснулась. Поднявшись, она увидела таинственную игру теней на опушке. До заката необходимо разжечь костер и раздобыть пищу. Девушка собрала валежник, затем взяла ружье деда и пошла в лес.

Вскоре ее внимание привлек шорох в кустах. Не поддаваясь страху, как всегда учил старик Максвелл, она тихо направилась вперед и увидела мужчину, нагнувшегося над капканом.

Холли разгневалась, ибо ненавидела капканы. К чему такая жестокость? Если зверь должен умереть, то пусть хотя бы не мучается. Кто же осмелился ставить капканы на ее земле?