Находясь на Чертовом острове, я думал напасть на первого прохожего и заставить его отвести меня к лагерю Инини, в котором живет Квик-Квик, брат Чанга. Не вижу причины, по которой я должен менять планы? Если на Чертовом острове думают, что мы утонули, тогда все в порядке. Но если там заупрямились и настаивают на том, что мы бежали, в Коуроу будет очень опасно. Это лесной лагерь, и в нем наверняка немало арабов и «охотников за людьми». Берегись охотников, Пэпи! Не ошибайся. Не давайся им в руки. Ты должен видеть прохожих прежде, чем они увидят тебя. Значит, идти надо не по тропе, а в зарослях, параллельно тропе. Сегодня ты совершил ошибку, открыто шагая по ней. Это не просто неосторожность — это настоящее безумие.

Идти по зарослям очень тяжело: растительность не густая, но мне постоянно приходится раздвигать руками ветви, чтобы проложить себе путь. Я правильно сделал, сойдя с дороги: слышится свист. Впереди виднеется отрезок дороги в пятьдесят метров, но человека я на нем не различаю. А, вот он! Это негр, черный, как смоль. Он несет что-то на плече, держа в правой руке ружье. На нем рубашка и шорты цвета хаки, на ногах — ничего. Голова наклонена вперед, глаза не отрываются от земли, спина согнута под тяжестью груза.

Я прячусь за толстым стволом у обочины дороги и поджидаю его, держа наготове нож. Нападаю на него в момент, когда он проходит возле дерева. Правой рукой я выхватываю у него ружье.

— Брось мешок. Не пытайся бежать, иначе я тебя убью.

Испуганный негр выполняет мой приказ. Потом смотрит на меня:

— Бежал?

— Да.

— Чего ты хочешь? Возьми все, что есть у меня. Только не убивай, у меня пятеро детей. Сжалься, не убивай.

— Заткнись. Как тебя звать?

— Жан.

— Куда идешь?

— За едой и лекарствами для моих братьев, которые рубят деревья в зарослях.

— Откуда ты?

— Из Коуроу.

— Ты знаешь Инини?

— Да, я часто торгую с китайцами из лагеря.

— Видишь это?

— Что это?

— Пятьсот франков. Если сделаешь все, что прикажу, дам тебе пятьсот франков и верну ружье. Если откажешься или попытаешься обмануть, убью.

— Сделаю все, что захочешь, даже без денег.

— Ты должен отвести меня самой безопасной дорогой к лагерю Инини. После того, как я свяжусь с одним китайцем, ты сможешь идти. Договорились?

— Порядок.

— Не пытайся надуть меня, иначе погибнешь.

— Клянусь, что помогу тебе.

У него в мешке сгущенное молоко. Он вынимает его и подает мне шесть банок вместе с куском хлеба и копченым мясом.

Он дает мне также новые длинные брюки и рубашку, которые обычно носят автомеханики. Я надеваю все это, не выпуская из рук ружья.

— Пошли, Жан. Смотри, чтобы нас не заметили. Если нас обнаружат, берегись.

Я с трудом поспеваю за Жаном, который хорошо знаком с зарослями и ловко виляет между ветками и ползучими растениями.

— Знаешь, в Коуроу сообщили, что двое заключенных бежали с островов. Хочу тебя предупредить: к лагерю приближаться опасно.

— Ты мне кажешься хорошим и честным парнем, Жан. Надеюсь, ты меня не обманываешь. Что посоветуешь мне делать, чтобы добраться до Инини? Залог — твоя жизнь. Если нас обнаружат тюремщики или «охотники на людей», я тебя убью.

— Как тебя звать?

— Бабочка.

— Хорошо, господин Бабочка. Надо забраться поглубже в заросли и пройти как можно дальше от Коуроу. В Инини я проведу тебя через заросли.

— Я тебе доверяю. Выбери самый безопасный путь.

Теперь мы продвигаемся по чаще намного медленней, но негр кажется более спокойным. С лица сошла гримаса страха.

— Кажется, ты теперь меньше боишься, Жан?

— Да, господин Бабочка. Обочина дороги была очень опасной для тебя, а значит, и для меня.

Мы быстро продвигаемся вперед. Этот негр неглуп, он ни разу не оторвался от меня больше, чем на три-четыре метра.

— Подожди, я хочу скрутить цигарку.

— Возьми, вот пачка сигарет «Голуаз».

— Спасибо, Жан, ты хороший парень.

— Верно, я и в самом деле хороший. Я католик и очень страдаю при виде отношения тюремщиков к заключенным.

— Ты видел многих заключенных? Где?

— В лесном лагере, в Коуроу. Страшно смотреть, как они медленно умирают от тяжелой физической работы, лихорадки и дизентерии. На островах лучше. В первый раз я вижу такого здорового заключенного.

— Да, на островах лучше.

Мы удобно уселись на большом суку.

— У тебя молодая жена?