Настала секунда неловкости, никто не шевельнулся. Потом Берри резко кашлянула и сказала:

— Мэтью, у деда кое-что для тебя есть. Он говорил, что вернется к одиннадцати. Ленч уже будет готов.

— Хорошо, спасибо.

Но Берри мешкала. Исподволь оглядывая Чарити Ле-Клер, она пыталась спрятать за спиной кухонную тряпку.

— Конфиденциально, если можно, — повторила леди, и ее музыкальный голос прозвучал на тон выше.

— А, да. Конечно. Конфиденциальность — вещь очень важная.

— И полезная, — прохладным голосом отозвалась мисс Ле-Клер.

— Если что-нибудь будет нужно, дай мне знать, — обратилась Берри к Мэтью. — Ну там, воды или еще что-нибудь.

— Спасибо, все есть.

— Ладно, пошла я тогда на кухню. Я говорила, что ленч будет…

— В одиннадцать, — перебила ее мисс Ле-Клер с легкой улыбкой. — Мы слышали.

«Мы?» — подумал Мэтью. Интересно, что это значит?

— Тогда всего доброго, — сказала Берри, и Мэтью удивился, какие у нее стали холодные глаза. Явно мисс Ле-Клер не стоит сегодня рассчитывать на приглашение к ленчу.

Берри повернулась, пошла в дом, и все это время спокойные глаза мисс Ле-Клер глядели на Мэтью оценивающе.

— Так чем я могу быть вам полезен? — спросил Мэтью, вспомнив про вежливость хозяина, потому что солнце начинало уже припекать. Но к сожалению, в качестве тени он мог предложить лишь свое скромное обиталище. — Окажете мне честь зайти?

— Нет, спасибо. — Взлетел белый зонтик, раскрывшись с легким хлопком. — Меня к вам направил мистер Садбери из таверны, где вы часто бываете. У меня сложилась ситуация, в которой необходима ваша помощь.

— Да? И что же это за ситуация?

— Дело в том, что я посетила мистера Мак-Кеггерса в его восхитительном царстве. И он мне сказал, что не я первая отметила пропажу одного предмета из имущества покойного Эбена Осли.

У Мэтью сердце дало перебой. Он ничего не сказал и постарался на лице тоже ничего не выразить.

— Мистер Осли, упокой Господь его душу, был моим дядей, — продолжала мисс Ле-Клер. — Я ищу некоторый блокнот, который почти наверняка был при нем в ночь его прискорбной кончины. Полагаю, что вы этот блокнот видели, поскольку спрашивали о нем мистера Мак-Кеггерса. — Она остановилась, и Мэтью понял, что она пытается прочесть его мысли по лицу. — Не знаете ли вы случайно, где этот блокнот может сейчас быть?

Но Мэтью еще не оправился от потрясения, что у такой мерзкой скотины, как Осли, в родне такая красавица. Он тяжело проглотил слюну, мозг его манипулировал вариантами, как шахматными фигурами. Если отдать блокнот, он никогда не узнает, что значила та непонятная шифрованная страница. А то, что эта леди вдруг появляется у него на пороге и спрашивает, нет ли у него… нет, странная получается картинка.

— Нет, к сожалению, — ответил он. — Я же как раз и заметил Мак-Кеггерсу, что блокнота нет.

— Ах, конечно же. — Она улыбнулась и кивнула, прикрываясь от солнца зонтиком. — Но почему вы его искали, сэр?

— А могу я задать вам тот же вопрос?

— Причины чисто деловые — коммерция.

— Я не знал, что мистер Осли занимается коммерцией.

— Занимался.

Мэтью молчал, женщина тоже. Молчание затягивалось. Потом мисс Ле-Клер приложила к нижней губе палец.

— У меня тут на улице карета. Я думаю, мой работодатель будет рад вас видеть, и я уполномочена предложить вам с ним встретиться. Ехать придется несколько часов, но я уверена, что вы не пожалеете.

— Ваш работодатель? А кто это, простите?

— Его зовут мистер Чепел, — ответила она.

— Мистер Чепел, — повторил Мэтью, с трудом ворочая языком. На лице его что-нибудь отразилось? Он не знал. Но гостья смотрела на него внимательно.

— Вам знакомо это имя?

— Нет.

— Неудивительно. Мистер Чепел не любит публичности.

— Предпочитает конфиденциальность, которая бывает весьма полезной? — осведомился Мэтью.

— Да. — Она позволила себе едва заметно улыбнуться, но от этого взгляд ее сделался только холоднее. — Так я у вас спрашивала: почему вы заинтересовались блокнотом моего дяди?

— Я видел, что ваш дядя всегда с блокнотом. В тавернах иногда видел, я хочу сказать. Он явно любил все записывать.

— Похоже на то. — Глаза мисс Ле-Клер ни на миг не упускали взгляда Мэтью. — «Всегда с блокнотом» — вы имеете в виду, что блокнот мог быть не один и тот же? Что их было больше одного?

Мэтью подумал, что она его ловит. Загоняет в угол. Хочет добиться признания, что он следил за этой сволочью два года подряд. Что она может знать про этот чертов блокнот и про все те, что были раньше? Кем бы она ни была, а ее умение вести допрос вполне могло бы пригодиться агентству «Герральд».