Она всхлипнула, прикусила губу, уткнувшись своим лбом в его. Но, не выдержав, начала опять тихо стонать.

Пришлось крепче сжать ее затылок, прижав рот Лены к своему плечу. И только после этого, он начал медленно выходить из нее.

Леша понимал, что в их интересах сохранять тишину. Но, черт возьми, как же его возбуждало то, что она не могла сдерживаться, всхлипывала и стонала на каждый его толчок! Алексей не мог представить себе ничего более совершенного и сексуального, чем тихий хриплый звук стона Лены, когда он двигался в ней.

– Леша,… - Лена вцепилась пальцами в его плечи, и выгнулась, чем он тут же воспользовался, обхватив губами ее напряженную грудь.
– Лешенька!

– Тише, котенок, - он облизал ее сосок и, отпустив волосы на затылке, накрыл ладонью ей губы, в попытке хоть как-то приглушить вскрики. И снова, еще глубже, погрузился во влажное тепло.

Стон Лены пробился и сквозь его ладонь. Да и, кроме того, совершенно перестав обращать внимание на призывы, Лена подавалась навстречу каждому его толчку, а ее губы скользили по его руке, пока губы не захватили пальцы. Он ощутил, как она, облизав, втянула их себе в рот.

– О, черт!
– теперь не выдержал он, спрятав свое лицо между ее грудей, чтобы заглушить свой хриплый стон.

Поняв, что так они точно разбудят не то, что Лешку, а всех соседей, Алексей обхватил Лену свободной рукой, и перекатился, оказываясь сверху. Она тут же уткнулась лицом в его плечо и обхватила ногами его бедра. Воспользовавшись этим, он начал двигаться еще сильнее, слишком возбудившись от ее, настолько неприкрытого удовольствия.

Ощутив, как сжалось все ее тело, и как Лена замерла в предвкушении, Алексей жадно накрыл ее губы своими, совершенно перестав сдерживаться.

Наслаждение охватило их одновременно, заставив настолько крепко переплестись тела, что стоны затерялись, утихнув в этом сплетении влажной кожи. И лишь спустя десять минут они отдышались достаточно, чтобы неохотно отпустить друг друга.

Откинувшись на подушку, Леша пару минут прислушивался, беспокоясь, что они, все же, вели себя чересчур громко. Но в квартире было абсолютно тихо. И единственным звуком в темноте зимнего утра оказалось их глубокое дыхание. Успокоившись, он приподнял подбородок Лены, который она вдавила ему в плечо, и нежно, с благодарностью, поцеловал в губы.

– Я люблю тебя, Лен, - потершись носом о ее щеку, прошептал Алексей.

Она улыбнулась, но тут же зевнула.

– И я тебя, - пробормотала Лена в ответ.
– А теперь мне можно, наконец, поспать?
– освободившись от его пальцев, она вновь пристроилась на его груди.

Леша засмеялся.

– Эй, - возмутилась Лена, - не труси меня, - но ей и самой стало весело, Леша видел, как она сонно улыбнулась.

– Предполагается, что ты у нас в семье жаворонок?
– он с ласковой насмешкой приподнял бровь и чуть наклонился, чтобы смотреть ей прямо в лицо.

Лена секунду промолчала, а потом распахнула глаза и пытливо посмотрела прямо на него, даже не моргая. Алексей насторожился, не понимая, чтобы это могло означать.

И вдруг, осознал, что впервые назвал их так вслух - семья.

Он замер, не зная, как она отреагирует.

На губах Лены медленно появилась довольная улыбка, и Леша почувствовал, как расслабляется каждая мышца. Вздохнув, она крепко обхватила его руками и молча поцеловала.

– На сегодня, можешь взять себе это место, а я еще посплю, - пробормотала она, отстранившись.

– Ну, уж нет, - хмыкнув, Леша обнял Лену и повернулся на бок, удобно устраивая ее. Словно окружив собой.
– Я не собираюсь упустить шанс еще поспать, тем более, с тобой, - он глубоко вдохнул аромат ее волос, удивившись про себя, как ей удается пахнуть грейпфрутом и ванилью, даже используя его шампунь? И полностью удовлетворенный, погрузился в сон, решив, что доказательства своего ответственного отношения к новой роли - отложит до понедельника.

Всю субботу они провели дома.

Температура сильно упала, и выходить на улицу при таком морозе совершенно не хотелось. Правда, Леше пришлось, все же, наведаться в ближайший магазин, потому что Лена не переставала удивляться, как можно жить при таком скудном пищевом запасе.

Купив все, что обнаружил из ее списка в небольшом гастрономе, расположенном на первом этаже соседнего дома, Леша вернулся домой, собираясь долго жаловаться на несправедливое и не бережное отношение к нему домочадцев.

Однако, получив в награду огромную чашку горячего какао, и увидев довольную и счастливую рожицу своего сына, которому Лена с улыбкой дала такую же кружку напитка, Алексей прикусил язык. Он понял, что готов хоть каждый час бегать на мороз, лишь бы эти два человека были счастливы.