Он спокойно встретил его. Им действительно надо было поговорить. Давно. Еще три года назад.

Лешик послушно зашел в палату, и до Алексея донесся тихий голос Лены.

Невольно, его пальцы сжались в кулаки, от желания увидеть ее. Просто заглянуть и удостовериться, что с ней все хорошо. Глаза Леши, в обход его воли, метнулись к щели между стеной и дверью в палату.

– С ней все в порядке, - словно поняв, о чем думает Леша, недовольно проговорил врач.
– Теперь, по крайней мере. Хотя, она опять дотянула до последнего.

Совершенно не слушается, - он скривился, словно бы и не с ним разговаривая, а просто озвучивая собственные мысли.

– Что с ней?

Алексей не удержался, задал вопрос, который не давал покоя, мучил его все эти полтора часа, пока он с сыном сидел в коридоре.

Игорь промолчал, внимательно его рассматривая, словно пытался что-то понять.

– Пошли в мой кабинет, - наконец, хмуро произнес он, отворачиваясь, и направился к выходу из отделения.
– Нам давно надо поговорить.

Без дальнейших вопросов Алексей пошел за ним. Хоть и не удержался, на одну короткую секунду замер у двери, слушая, как Лена что-то тихо говорит их сыну. И быстро пошел вслед врачу. Он понимал, что, судя по всему, не знает еще очень много о происходящем тут. И Леше был нужен тот, кто расскажет, даже, если этот человек не в восторге от такой перспективы. А то, что врач без энтузиазма относился к его новому появлению в жизни Лены - было видно и без лупы.

Алексея это не беспокоило. Не так, как все остальное.

Стоило ему, вслед за врачом, переступить порог небольшого кабинета на этом же этаже и закрыть двери, как Игорь обернулся и вперился в Алексея тяжелым взглядом.

– Ты зачем объявился?
– без лишних вступлений хмуро поинтересовался врач, и сел в потертое кресло, стоящее сбоку от стола.

– За Леной, - таким же тоном ответил Леша, без приглашения садясь на свободный стул.

Ему давно хотелось закурить, но сигареты и зажигалка остались в кармане пальто, которое он, вместе с одеждой Лешика сдал в гардероб на первом этаже. Потому, пришлось ограничиться тем, что Алексей крепко сжал пальцы.

– Нормально, - Игорь хмыкнул и начал барабанить по полированной поверхности стола пальцами.
– А ты не поздно спохватился, а, парень?
– он чуть дернул головой, словно поражаясь его наглости.
– Где ты был три года назад, когда она в стационаре лежала четыре месяца? Где был потом, когда я ее с того света вытягивал? Какого черта ты сейчас приперся и опять ее доводишь? Думаешь, Лена мало натерпелась?

– Я не знал, что она беременна и в больнице. Собирался вернуться через месяц, чтобы разобраться, помириться, - суставы на сжатых кулаках побелели от силы, с которой он вдавил ногти в ладонь.

Алексей ощутил, как у него похолодело на сердце. Ему не понравилось упоминание о смерти. Да что же тут было?!

– Так уж и не знал?
– Игорь хмыкнул, и откинулся на спинку, оставляя в покое стол. Кресло скрипнуло от этого движения, и противный звук громко прозвучал в напряженной тишине, повисшей в кабинете.
– Разве она тебе не сказала, когда уходила, что беременна?

Говорила.

Леша сжал челюсти так, что заломило зубы.

Что он мог тут сказать? Та фотография и подозрения, навеянные россказнями брата, теперь не казались ему достойными хоть какого-то упоминания. Он ощущал себя гадом.

И, наверное, в чем-то, этот врач был прав, глядя на него именно с этим определением в глазах.

Как можно назвать мужчину, который уехал, оставив любимую женщину с ребенком?

Один на один с проблемами, ответственностью и таким ворохом нерешенных вопросов.

С обидой. А ведь она, в самом деле, ему сказала, пусть и в такой момент…

И почему? Потому что самому было обидно? Настолько, что и разобраться не хватило ни ума, ни выдержки?

Алексей не сдержался - резко встал и подошел к окну, пересекая небольшой кабинет за пару шагов. Он не видел светлой краски на стенах, не разбирал, что нарисовано на картинах, висящих над столом, за которым сидел Игорь. Просто уставился в стекло, в который раз за этот день, вспоминая тот вечер, когда они поссорились, и еще один, когда звонил из Чехии Витьке. И десятки других вечеров, каждый из которых был гвоздем в его кресте, неимоверной тяжестью лежащим на плечах.

– Мне сказали, что она вышла замуж, - глухо проговорил он, так и не отводя глаз от окна.
– За вас. И что беременности не было.

– Угу, это она мне уже сказала, пока я в нее лекарства заталкивал, - хмуро буркнул Игорь. Алексею казалось, что он физически ощущал взгляд этого врача.
– Почему ты поверил? Почему с ней не поговорил тогда? Неужели такое - не было поводом?
– опять насмешливо, осуждающе произнес Игорь.

Это разозлило Алексея. Слишком много произошло всего за последние сутки. Слишком много накопилось за последние три года у него внутри.