— Твой выход был вычислен очень скоро… Скажи, тебя похитить пытались?

— В детстве два раза, потом всё прекратилось, — ответил я.

— Так оно и должно было быть, — поднялся со своего места дед. — Не вышло с тобою, взялись за родителей, и через несколько лет их ценности на глазах у тебя, поменялись на противоположные… Естественно ты начал бунтовать, тогда для твоего укрощения и было применено оккультное оружие, но это внешняя сторона Если же посмотреть изнутри, то твои отец и мать просто-напросто проводники чьей-то злой воли. Ты не знаешь, какая причина заставила твою мать заняться магией?

— Догадываюсь, что боязнь потерять отца. Сначала их жизнь никак не клеилась, они часто ругались и отец от неё ушёл.

— Всё понятно, — вздохнул седоголовый. — Вместо того, чтобы изменить себя, твоя мама решила прибегнуть к прямому психическому воздействию…

— С отцом у неё получилось, вот она и решила, что со мною у неё тоже получится, — вставил я.

— Она ничего не решала, решили за неё. Она, твоя мать, всего лишь проводник чужой воли, я тебе это уже сказывал. — Посмотрел на меня «знахарь». — Картина более менее прояснилась, пойдём лечиться дальше. — Войдя в комнату, старик посадил меня напротив себя, взяв в свои ладони мои руки и велел, расслабившись, закрыть глаза. — Сейчас я объединю наши силовые коконы, — сказал ведун, — потом найду «гостя». Ту деструктивную полевую структуру, которая внедрена в твоё поле.

— А дальше что? — спросил я.

— Там посмотрим: либо «она» добровольно тебя покинет, либо я её сожгу своим ментальным огнём, — ответил на мой вопрос «знахарь».

Вдруг в моих ушах зазвенело и мне показалось, что я куда-то лечу, потом стало тошнить и возникло ощущение нехватки воздуха…

— Всё, — сказал ведун, — штука оказалась незатейливой… Иди и ложись в постель. После стольких экзекуций нужен хороший отдых…

Пошатываясь, я поднялся со стула, ноги мои не слушались, но я доковылял до своей комнаты, и мешком рухнул на кровать.

Когда мои глаза открылись было уже светло.

— Сколько же я проспал? — мелькнуло в голове. — Не менее десяти-двенадцати часов… Я поднялся с кровати и, одевшись, вышел во двор. Старика ни в доме, ни во дворе не было. — Куда это он запропастился? — подумал н. — Наверное, возится со своими пчёлами…

Умывшись в остывшей бане, я пошёл на поиски хозяина. Когда я обогнул скотный двор и открыл калитку в огород, то невольно остолбенел: рядом с сараем я увидел обширную вольеру, а в ней двух лаек, но каких! Я не верил своим глазам.

Передо мной были собаки далёкой горной тайги Алданского нагорья. Судя по экстерьеру чистокровные «эвенкийские» лайки! Высокие, поджарые, чисто чёрные, с белыми масками, с подпалинами на ногах, и жёлтыми бровями… Лучшие охотничьи лайки планеты! На них немного походят собаки северо-востока и знаменитые хаски, но и те, и другие, и мельче, и слабее. Я. открыв рот, рассматривал собак. Те, в свою очередь, будучи настоящими охотничьими лайками, несмотря на свой угрюмый и свирепый вид, спокойно, безо всякой злобы с интересом изучали меня.

Да-а! — думал я, — вот и ещё одна загадка деда. Ну и «знахарь»! Откуда взялось у него это сокровище? Даже на Востоке, по Витиму и Алдану такие собаки редкость. А тут на тебе — в Тюменской области и племенное гнездо! Значит, старик их разводит… Интересно, зачем? Кому нужны здесь на Урале и Западной Сибири такие вот «аборигенные лайки» предгорий Станового? По моим наблюдениям в Тюмени и Свердловской области давно в моде заводские полудекоративные западно-сибирские. а далее на Запад вырождающиеся русско-европейские… Любуясь красотой и статью собак я и не заметил как ко мне подошел их хозяин.

— Ну что нравятся? — спросил он.

— Не то слово! — отозвался я. — Это же живое чудо света!

— Не будь их — не было бы у меня пасеки! — сказал с уважением дед. — Эта пара справляется с любым медведем. Ни один косолапый сюда не заходит. Один раз здоровенного мишку на дерево загнали! Пришлось его выручать, еле увёл собак…

— Откуда ты их выкопал, — вырвалось у меня. — Вот смотрю на собак и глазам своим не верю! Не может быть, а оно — вот! Будто я снова на Становом очутился.

— Ты оказывается не так прост, парень, — с неподдельным удивлением в голосе, повернулся в мою сторону дед. — И на Востоке успел побывать, и в собаках, я вижу, разбираешься, а я то, грешным делом, собирался тебе рассказать, что это вот порода лаек распространена у наших уральских манси…

— Неужели правда? — засмеялся я.

— Конечно же, нет! — улыбнулся ведун. — Но, то, что ты разбираешься в породах охотничьих лаек для меня новость, и новость радостная. По крайней мере, тебя не надо будет учить кинологии.