— Раньше мы семейных отношений не касались. И сейчас их касаться не будем, — посмотрел на меня пристально «знахарь».

— Но кое-что я тебе всё-таки скажу: христианство на Земле было создано, не только для того чтобы разрушить традицию духовного роста посредством равенства сословий. Оно было организовано ещё и для того, чтобы искоренить на Земле полигамию. Космические отношения между мужчиной и женщиной, где женщина имела подлинное, а не фиктивное право выбора.

— Как это? — не понял я.

— Видишь ли, любая нормальная женщина прежде всего мать своих будущих детей. Высокодуховные дети, как известно могут родиться только от подобных родителей. Генетика нам говорит, что хромосомы при взаимодействии распадаются пополам, и это так! Но наследственные психические признаки передаются не через материальные гены, а через волновые. Наша современная наука об этом пока не знает. Но речь не о науке, а о древних матерях, которые знали, что от мужчин ребёнок получает до 80% всей своей наследственности. Поэтому они сами выбирали отцов своим будущим детям. И не ждали, когда их посватают.

— Ну и что из этого? — не понял я.

— Да то, что у одного мужчины могло быть жён и две, и три и даже больше — до шести, а у другого ни одной… От высоко духовного интересного и талантливого рождалось уйма детей. От дегенерата — ни одного ребёнка! Вот тебе и ещё одни механизм эволюции, наследственной. Понятно?

— Дошло, — сказал я. — Да, с тобою не соскучишься!

— О эволюционных законах полигамии мы поговорим позднее. Тема большая. И к ней тебе надо ещё привыкнуть. Теперь ты понимаешь сакральный смысл слова семья? — улыбнулся хранитель.

— Понимаю, — отозвался я. — Если вспомнить, что жён может быть шесть, и я седьмой…

— Только никак не пойму как можно с таким количеством барышень справиться?

— А ты, что и с ними намерен бороться? — засмеялся седоголовый.

— Да я в другом смысле…

— В другом! Обо всём узнаешь позднее… Лучше подумай, почему современный союз между мужчиной и женщиной именуют — как?

— Браком! — ошарашено пробормотал я.

— Вот, вот — браком! И не как иначе, — закончил объяснение старый. Всё о чём мы говорили выше и сирисиуане и потомки ориан наверняка осознавали. И поэтому изо всех сил старались не допускать в своих обществах ни холопствующих, ни тем более психопатов — извращенцев. Обе цивилизации очень скоро нашли общий язык. Возможно, их сплотил общий враг, а может и стремление к знанию. Факт тот, что и выходцы с системы Сириуса и с планеты «Ор» звезды Ални-Таг, очень скоро полностью освоили неприветливый холодный Марс, поставили долгосрочные базы на полюсах Венеры и занялись обустройством спутников Юпитера. Обо всех этих делах можно найти вполне конкретные упоминания в русских народных сказках. Хождения за тридевять земель или в тридевятое царство в тридесятое государство, за сорок сороков в страну трёх Солнц и т.д. Всё это не что иное, как космические дороги. Я не хочу сейчас останавливаться на доказательствах, отрок, у нас и так нет времени. В будущем с космосом тоже разберёмся. Помнишь, песню: «На пыльных тропинках далёких планет останутся наши следы». Так что следы землян на планетах давным-давно оставлены. И наши потомки их когда-нибудь найдут. Через тысячи лет. Потому, что раньше в далёкий космос нам не выйти.

Старик на некоторое время замолчал, посмотрел в окно. На дворе было уже светло.

— Вот и ещё одна ночь пролетела за разговорами, — нараспев сказал он. — Мало у нас отрок времени, мало. А мне хочется рассказать тебе как можно больше. Хочется верить, что ещё увидимся. Но кто знает? — вздохнул он загадочно. От слов старого стало тревожно.

Неужели он что-то предчувствует? — подумалось мне. — Может им занялась охранка? И он это знает.

— Тебя что-то тревожит? — спросил я его прямо.

— Давно, отрок. За год до твоего приезда я почувствовал рядом с собой чужую враждебную силу. Но пока она только наблюдатель.

— Неужели и меня видит?— невольно высказал я своё предположение.

— Не видит ни меня, ни тебя! — улыбнулся моему вопросу старый. — Мы закрыты. Но видны силовые исходящие поля. Их центр легко вычисляется. Тут дело не в КГБ. И даже не в масонских ложах. Хотя масоны в Ханты-Мансийске и Тюмени моей деятельностью тоже обеспокоены. Дело в другом. Этот враг очень серьёзный, так, что давай заканчивать, Гор. Сегодня крайний срок твоего пребывания. Иначе и у тебя появится опека, а с ней различные проблемы. Плохо то, что ты ещё не готов к такому.

— Имеешь в виду всевидящее око Бафомета? — сумничал я.

— Да нечто подобное, — кивнул головой хранитель. Поэтому переключись на внимание. Мне хочется тебе немного рассказать о нашем русском языке. Дело в том, что тот язык, на котором говорит наш народ, на диалектах которого общаются все славянские этносы, является не земным языком.

— Как это? — удивился я. — Почему не земным? Он что является языком марсиан или лунатиков?

— Ты правильно сказал: и тех, и других. Потому, что и марсианами были наши предки и, как ты уже знаешь, лунатиками, — невозмутимо парировал «знахарь». — Я не буду касаться соники негуманоидов, — продолжил он. — У них всё другое. Но скажу тебе, что наш, так называемый русский язык, является диалектом одного из языков космического общения… Он одинаково приспособлен, как для левого логического полушария головного мозга, так и для правого — чувственного… Несмотря на то, что современный русский язык крайне обеднён, но только ему одному, единственному языку на планете под силу передать весь спектр любой информации. Русский язык — язык внутреннего содержания и внешних образов. Если ещё точнее — язык целостного восприятия. Где звуковые колебания вызывают в сознании человека не указания на что-то, как например, в языке немецком или английском, не просто информацию, а полное и внешнее и внутреннее знание предмета. Наш язык является сонетическим частотным инструментом перевода знания из глубин бессознательного в сознательное. По сути он единственный магический язык знания. Все остальные языки информативные знаковые, где звуковые частоты слов не связанные с внутренним частотами обозначаемых этими словами предметов. Наш язык — язык людей магов космической цивилизации. Вот я произношу слово — «дуб», — поднял свою руку ведун. — Какие у тебя ассоциации вызвало это слово: и внешние и внутренние? Давай. — посмотрел он на меня с интересом.

— Из внешних ассоциаций — дерево, большое кряжистое, раскидистое зелёное, шумит своей листвой…

— А что скажешь о содержании? — спросил старый.

— Дерево крепкое, древесина его очень плотная и тяжёлая, на запах кислая, кора твёрдая сухая подобно панцирю…

— Всё, — остановил меня старик. — Хватит! А теперь вопрос: ты видел когда-нибудь живые дубы?

— Нет, — признался я.

— Тогда откуда ты о дубе знаешь, отрок?

— Как будто всё, что говорил, в себе увидел и даже почувствовал…