На пятый день пути ковыль под ногами коня сменился луговым многоцветьем, а впереди показались зеленые холмы, между которыми петляла узкая пыльная дорога. Я знала, что она ведет к границе Светлой Арвалийской империи. Пять лет назад отец ездил в человеческую страну и брал меня с собой. По этой дороге до заставы примерно три лиги, не больше. И еще столько же до Мизара – большого города, в котором я рассчитывала остановиться. Монеты, чтобы заплатить за въезд и ночлег, у меня есть. А там посмотрим. В армию завербоваться? Наемницей? Интересно, как люди относятся к женщинам-воинам? Хотя, если подумать, какая я для них женщина? Орка. Еще отец рассказывал, что в больших городах есть такие места, куда можно прийти и поучаствовать в боях. Если победишь – тебе платят, проиграешь – платишь ты. Хотела бы я посмотреть на человека, который со мной справится! Благо дерутся там вроде один на один. А хоть бы и по-другому! Можно будет попробовать.

Атик уже клонился к горизонту, когда я выехала на пустынную дорогу. Почему-то на ней не было ни всадников, ни пеших. Пустив Зверя шагом, я размышляла о том, что ждет меня в чужой стране. Но картина, открывшаяся за крутым поворотом, огибавшим холм, заставила отвлечься от тревоги о будущем и заняться настоящим. Шагах в десяти от меня дорогу перегородила развернутая боком телега, груженная тюками и корзинами. Вокруг нее топтались люди. Двое перерывали содержимое телеги, третий выпрягал из нее лошадь. А еще один, самый здоровый и молодой, держал за горло насмерть перепуганного старика и вертел перед его глазами ножом. Разбойники. А старик, очевидно, торговец, в недобрый час встретившийся им на пути. При виде меня лиходеи немного растерялись, потом один из них неохотно оторвался от тюка, который только что вспорол, и сделал попытку вскинуть арбалет. Сам напросился. Стрела, пробившая ему шею, навсегда излечила его от жадности до чужого добра. Вытаращив глаза, он медленно осел в дорожную пыль. Следом я сняла здоровяка, пока тот не успел прикончить торговца. Освобожденный старик, не раздумывая, нырнул под телегу, а я отправила в Альгебар еще одного грабителя. Разбойник, выпрягавший лошадь, рванулся было бежать, но в скорости он явно уступал оленям, на которых я привыкла охотиться. Взмахнув руками, он сделал еще два шага вперед с торчащей между лопаток стрелой и рухнул лицом вниз. Я спешилась, подошла к телеге и выудила из-под нее старика. Против ожидания, он не был так уж напуган. Во всяком случае, вполне внятно поблагодарил меня на всеобщем языке. Кивнув, я принялась освобождать себе путь. Для начала вырезала стрелы из тел грабителей. Потом оттащила трупы к обочине. Взяла под уздцы дрожащую и нервно прядающую ушами лошадку и развернула телегу. Все, можно ехать. Направилась было к Зверю, но тут торговец завопил:

– Подождите, подождите, леди!

Леди… странное имя. Перепутал с кем-то? Ну это вряд ли… Старик догнал меня и, запыхавшись, проговорил:

– У меня есть к вам предложение, леди!

– Я не леди.

– О-о, простите… – он почему-то замешкался и смутился, – но все равно, выслушайте меня. Эта дорога малолюдна и потому опасна. Большинство путешественников предпочитают основной тракт. Я благодарен вам за чудесное спасение, дорогая… – Он замялся, изучая мое лицо.

– Мара, – подсказала я.

– Дорогая Мара! – расцвел старик. – Не могли бы вы сопроводить меня к заставе? Разумеется, не бесплатно. Я вижу, девица вы сильная, постоять за себя умеете. А я, к сожалению, простой купец.

Купец он… чего ж сразу охрану не нанял? Знал же, что на этой дороге шалят. Я ответила ему таким же внимательным взглядом. Человек как человек, ничего особенного. Маленький какой-то, мне по грудь. Худощавый, узколицый. Глаза такие… вот глаза проницательные и умные. Седые волосы и бородка. Кстати, одежда у него слишком уж богатая для простого торговца. Конечно, я не разбиралась в человеческих нарядах, но вот пряжка на его поясе была из металла, который так ценят люди. Золотая, точно. И вообще, кто же путешествует по пыльным трактам в белоснежном костюме? Хотя… может, у них такой обычай? Ну да не мое дело. Все равно нам по пути, почему бы и не заработать? Для жизни среди людей нужны деньги. А я не знала, на какое время мне хватит отцовского наследства. Поэтому…

– Сколько?

– Три золотых.

Три золотых… а кто его знает, много это или мало? Неправильно истолковав причину моей задумчивости, старик поспешно произнес:

– Четыре!

– Хорошо, – кивнула я.

Сообщив, что его зовут Свиртл, торговец осмотрел пострадавший груз, сокрушенно поцокал языком и залез в телегу. Сивая кобылка, то ли от испуга, то ли в силу преклонного возраста, тащилась еле-еле. Мне пришлось пустить Зверя шагом, чтобы приноровиться к ее скорости. Некоторое время ехали молча, потом старик спросил:

– Скажите, Мара, а что вы делаете здесь, вдали от родных степей? – и тут же добавил: – Если мой вопрос не покажется вам нескромным, разумеется.

Я искоса взглянула на своего нечаянного спутника. Вообще-то болтливостью никогда не страдала. Но было в этом человеке что-то такое… располагающее, что ли. Даже завораживающее. Не знаю, то ли из-за его взгляда, то ли из-за добродушного мягкого голоса, но я взяла да и рассказала ему все.

– И что же вы собираетесь делать? – всполошился Свиртл.

– Не знаю, там видно будет. В наемники пойду или буду драться за деньги…

– Но это никуда не годится, юная леди!

На этот раз возражать против такого обращения я не стала, поняла уже, что это не имя, а знак уважения.

– Погодите! – вдруг радостно улыбнулся старик. – Кажется, я знаю, чем вам помочь. Как вы относитесь к тому, чтобы стать телохранителем? Вернее, конечно, телохранительницей.

– Это кто такие?

– Личные охранники. Служат у богатых людей, следят, чтобы с ними не случилось ничего плохого. Да вы погодите, погодите, не торопитесь отказываться! – воскликнул он, заметив, что я поморщилась. – За такую работу платят очень хорошо. Надо только сдать экзамен в школе.

– Экзамен?

– Испытание. Покажете, как умеете драться. Мой хороший знакомый, Вельш Милиган, как раз держит такую школу. Она находится на Бархатной улице. Я могу дать вам рекомендательное письмо.

Фу ты, сколько слов незнакомых! Только сейчас я осознала, как тяжело мне придется среди людей. Ведь они живут как-то совсем по-другому, а я ничего об этом не знаю. Может, и правда воспользоваться помощью этого купца? Все проще. Ну а не понравится – уйти всегда успею.

– А не понравится – уйти всегда успеете, – хитро прищурившись, произнес Свиртл. – О, смотрите, Мара, что там? – вдруг удивленно воскликнул он, указывая куда-то в сторону холма.