Есть, конечно, не хотелось. Поэтому, не притронувшись к еде, я опустился на койку и попытался уснуть. Но и сон ко мне не шел. Я просто лежал и смотрел в стену. Через некоторое время мой разум погрузился в какую-то полудрему. Глаза были открыты, но сознание блуждало далеко. Провалялся я довольно долго, а когда очнулся, в камере уже было совсем темно. Из своеобразного транса меня вывел странный звук, нарушивший ночную тишину камеры. Это было похоже на легкое царапанье чего-то острого о камень. И доносился этот шум из-под пола. Может, крысы? Я встал и подошел к каменной плите, находившейся посредине камеры. Звук доносился прямо из-под нее. Присев на корточки и наклонив голову, я стал прислушиваться к странному шуму. Он становился все отчетливее, будто приближался из глубины. Затем плита резко дернулась вверх. От неожиданности я отскочил назад и шлепнулся на пол, больно ударившись копчиком.

Прямоугольный камень начал медленно подниматься, и, когда он оторвался от пола, я увидел то, что его двигало. Это были сплетенные корни какого-то дерева. Действуя, словно огромные могучие руки, они аккуратно, без лишнего шума, положили плиту справа от образовавшейся дыры и сразу нырнули внутрь, обдав камеру фонтаном земляных комьев.

От удивления и (чего уж таить) страха я так и замер, сидя на полу и наблюдая за отверстием. Вдруг оттуда появились уже настоящие руки с длинными тонкими пальцами и уцепились за край плиты. Затем показалась присыпанная землей голова с коротко стриженными светлыми волосами.

– Здравствуйте, Вэй’иллоский.

В шесть утра я уже стояла перед кабинетом Атиуса. Вчера маг ничего не сказал ни о времени, к которому положено явиться, ни о месте, где он будет меня ждать. Поэтому я рассудила, что лучше прибыть раньше, чем опоздать. Ну а отыскать кабинет главы охранной службы было и того проще. Поймала в коридоре заспанного лакея, он меня сюда и привел.

– Входи, Мара, – раздался из-за двери негромкий голос.

Комната, в которой я очутилась, ничуть не напоминала о должности Атиуса. Ни тебе оружия на стенах, ни доспехов по углам. Но и излишней роскошью кабинет тоже не блистал. Так, безликое какое-то помещение. Белые стены, серая мебель, длинные шкафы со стеклянными дверцами, сквозь которые видны были корешки многочисленных книг. Маг сидел в углу, в кресле с высокой прямой спинкой, которое даже на вид было неудобным. Закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, он с улыбкой наблюдал за мной.

– Я доволен, – сказал он, – не будучи оповещена о времени, ты пришла рано. И не стала отговариваться незнанием. Кстати, теперь я буду обращаться к тебе по имени и на «ты». Не против?

Я молча покачала головой. В языке орков не имеется разделения на «ты» и «вы», так что я долго вообще не могла понять смысла такого обращения.

– Ты тоже можешь не утруждаться церемониями, – продолжал Атиус, – все мы делаем одно дело, и бывает, что иной раз не до субординации. Поэтому я общаюсь с подчиненными запросто…

Казалось, маг еще долго мог разглагольствовать на эту тему, но в дверь постучали.

– Ага, вот и твой напарник на сегодня! – улыбнулся Атиус. – Думаю, ты будешь приятно удивлена.

И он не ошибся: при виде смуглой улыбающейся физиономии Ала – своего товарища по школе мордобоя – я искренне обрадовалась.

– Мы набирали охранников, а Вельш дал ему отличные рекомендации, – пояснил маг. – Итак, ваше первое задание… – Он достал из ящика стола толстый запечатанный конверт и подал его мне. – Эти бумаги вы должны доставить в Хадар, графу Чиприано. Это личная корреспонденция. Назад повезете деньги. Срок вам до завтрашнего вечера. Поскольку вы новички, с вами отправляется… да хоть Буч. Вопросы есть?

– Нет, – хором ответили мы.

Я не стала уточнять у мага, где находится этот самый Хадар. Не зря же мне дали в напарники Ала, который был местным жителем и не раз хвастался, что знает Арвалийскую империю так же хорошо, как свою собственную кухню. Да и этот самый Буч тоже наверняка с дорогой знаком.

– Если нет, то у вас час на сборы. Это на расходы, здесь двадцать крионов. – Маг передал мне небольшой кошелек. – Ал, на конюшне тебя ждет оседланная лошадь. Мара, думаю, предпочтет ехать на своем жеребце. Ступайте. Ах да. Перед отъездом загляните к портному, пусть снимет мерки. Когда вернетесь, форма графской охраны будет готова…

На кухне веселый повар выставил перед нами завтрак, больше похожий на званый обед. Еды в доме графа Стоцци не жалели. Плотно перекусив, мы заглянули к портному, мастерская которого находилась в пристройке к особняку. Потом разошлись, чтобы взять оружие, и встретились уже на конюшне.

– Отличный конь! – приговаривал молодой конюх, подводя меня к стойлу Зверя. – Правда, злой немножко. Чужих не жалует…

Словно в подтверждение этих слов, жеребец недовольно фыркнул и посмотрел на меня с укором, будто говоря: «Ну и где ж ты шлялась? Я же переживал!»

– Он просто волновался, – пояснила я, седлая коня. – Ничего, теперь постараюсь сама за ним ухаживать.

Неподалеку Ал выводил из стойла уже оседланного мощного рыжего жеребца.

– Смотри-ка ты, такого красавца для меня не пожалели! – восхищался он.

– Далеко до Хадара?

– Если сейчас выедем, то завтра к обеду должны добраться, – ответил Ал. – Это еще смотря по какой дороге. Если по старой, то и к утру успеем. Но лучше бы по главному торговому тракту. Чуть медленнее, но вернее.