– Что же это такое?! – разнесся над садом рыдающий вопль. – Да кто ж вам позволил, изверги?! – К нам подбежал размахивающий граблями Свон. Остановился на газоне и запричитал: – Траву поободрали! Розовые кусты помяли! А это что?! Зачем у тополей ветви отрубили?

Я из последних сил сдерживалась, но понимала: еще несколько слов – и садовника не спасет ни его смелость, ни всеобщее уважение. Нет, убивать я его не стала бы, но бока намять вполне могла. Только вот руки заняты были – держала за шиворот сослуживцев, которые норовили расползтись, как тараканы.

– Ну-ну, Свон, полно. С леди надо вести себя вежливо, – раздался за спиной приятный мягкий голос.

– Да как же, ваше сиятельство…

– Ступай, Свон.

Садовник, досадливо сплюнув, побрел восвояси, а я обернулась к графу Стоцци.

– Примите мое искреннее восхищение, Мара. Я наблюдал за вашими тренировками. Впечатлен.

Граф кивнул и прогулочным шагом двинулся по аллее. Наблюдал он… а я и не заметила. Ну да ничего удивительного – такая суета стояла…

Я отволокла товарищей в дом и развела по комнатам. Потом прошла к себе. Собралась было ложиться спать, но тут в дверь постучали.

– Войдите!

На пороге стоял граф. В руках у него был небольшой полотняный сверток.

– Извините за столь позднее вторжение. Но я хотел побеседовать с вами наедине.

Я молча смотрела на необычного гостя. Вечерние визиты в комнаты охранников не входили в привычки графа Стоцци.

– Я только хотел сказать вам, Мара, что восхищен вашими успехами и возлагаю на вас большие надежды. Ваши способности уникальны, а сила воли, упорство и преданность делу внушают искреннее уважение. Мне очень хочется поощрить вас… – Он развернул полотно. – Возьмите. Это подарок.

На серой ткани лежал пятипалый кинжал из каямской стали с диким узором – тот самый, который на постоялом дворе мне предлагал купить болтливый мальчишка. Невозможно было не узнать это оружие – неповторимое, удивительное, сказочно прекрасное.

– Да, – улыбнулся граф, – тот самый кинжал, с помощью которого проверяли вашу честность. Мне до сих пор неловко за тот случай. Разумеется, если бы это зависело только от меня, с вами не стали бы так поступать. Но Атиус… глава моей охранной службы настаивает на строгом соблюдении правил. А теперь я прошу вас принять это в знак дружбы. Признаться, впервые дарю оружие прекрасной женщине.

Я взяла пятипалый в руки, дотронулась до клинка, на прохладной матовой поверхности которого появились и тут же медленно растаяли следы моих пальцев.

– Он великолепен, не правда ли? – произнес граф. – Только истинный воин может оценить это уникальное оружие. Я заказал его в Каяме, привез гномам образец пятипалого из Селабрии. Не хвастаясь, скажу: это единственный кинжал, сочетающий в себе восточную сталь и западную форму. Ах да, и вот ножны к нему. Возьмите. – Он оглядел комнату и, непринужденно переведя разговор, спросил: – Вам удобно здесь?

– Да, спасибо.

– Не слишком ли эта комната… хм… скажем так, непритязательна? Все же, несмотря на воинские доблести, вы прежде всего молодая красивая девушка…

– Здесь есть все, что мне нужно.

– Ну что ж… в таком случае я откланиваюсь. Спокойной ночи, леди Мара.

Он вышел, оставив меня в легком недоумении: что это вообще было? С запозданием я вспомнила, что даже не поблагодарила графа за подарок. И что это ему вздумалось? Но я слишком устала, чтобы разгадывать эту загадку. В конце концов, он здесь хозяин и имеет право на некоторые странности. Я улеглась на кровать и тут же уснула.

Проснулась, как всегда, ранним утром, когда за окном еще стояли сырые предрассветные сумерки. Но на этот раз причиной моего пробуждения была не многолетняя привычка, а стук в дверь. В последнее время ко мне явно зачастили гости. Я подскочила, зажгла свечу, натянула одежду и открыла.

– Доброе утро, леди! – прокряхтел молодой слуга, втаскивая в комнату что-то большое, тяжелое, прикрытое тканью.

– Доброе утро, леди! – на другом конце плоского прямоугольного свертка обнаружился второй лакей.

– Что это? – зажигая свечу, строго спросила я.

– Его сиятельство приказали принести из бального зала, – охотно пояснил раскрасневшийся от натуги парень. – А мы что? Мы ничего. Нам говорят – мы делаем…

Слуги внесли закутанный предмет в комнату, осторожно поставили у стены. Сдернули полотно, открыв таинственно мерцающую в полумраке серебристую поверхность. Я смотрела в большое, выше моего роста, зеркало в бронзовой раме, украшенной хитроумными завитками. Оно уверенно попирало пол подставками, сделанными в форме когтистых звериных лап. Я попятилась: с некоторых пор эти штуки не вызывали у меня доверия.