Циклоп сделал вид, что не слышал.

– А теперь хочу спросить я, господин эфор: что привело тебя сюда в этот ночной час? И что делает среди твоих спутников этот преступник, которому, как всем известно, предписано дожидаться суда под домашним арестом?

– Я не спрашивал разрешения у эфора, и явился сюда по собственной воле, для того, чтобы остановить ваши грязные мечи!

Арсиона поежилась – голос Пирра царапал нервы ржавым напильником.

– Закрой пасть, отцеубийца! – Ясон с хрустом сжал кулаки. – Я разговариваю с эфором, а не с тобой, овечье дерьмо. Или ты ищешь легкой смерти, боясь ожидающей тебя казни? Трус!

– Прекратите! – скомандовал Фебид. Иамид, схватив вцепившегося в рукоять меча царевича за плечи, оттащил его назад. Рукам гиппагрета, каждая из которых была толщиной с ногу обычного человека, трудно было сопротивляться.

– Мы получили сообщение, – заговорил Фебид уже тише, – что в этом доме готовится злодеяние. Присутствие воинов отряда Трехсот несколько развеивает мои подозрения, но… Раз уж мы здесь, я намерен войти в дом и выяснить все до конца.

– Это невозможно! – выдохнул Полиад, от страха обретая голос.

– Дом захвачен вооруженными преступниками, господин эфор, – пояснил Циклоп. – Они опасны, словно бешеные псы…

– Сам ты пес! – выкрикнул Пирр, безуспешно пытаясь освободиться из железных объятий Иамида.

– …и мы здесь именно для того, чтобы успокоить их, – закончил Ясон.

В окне второго этажа возник силуэт, слабо обозначенный желтым светом масляной лампы, горящей в глубине помещения.

– Эгей, я не ошибся? Командир, ты действительно здесь?

– Я здесь, Тисамен, – крикнул в ответ Пирр. – Эпименид жив?

– Да, командир, все в порядке. Наши тоже все живы. Эй, ребятки, слышали? Царевич внизу, – крикнул Тисамен вглубь дома. Оттуда раздались восторженные восклицания, в оконном проеме показались еще две головы.

– Команди-ир!!!

– Приготовьте дверь, быстро! – приказал Эврипонтид. – Мы сейчас войдем.

– Есть! – головы словно сдуло.

«Кажется, сейчас будет драчка», – подумала Арсиона, кладя руку на оголовье спаты и подходя поближе. Мурашки азарта привычно запрыгали по затылку, шее и вискам.

– В дом никто не войдет! – шагнул вперед Полиад. Страх перед возможными последствиями встречи Фебида с Эпименидом вернул лохагу решимость.

– Кто это? Хм… Лохаг Полиад, начальник телохранителей элименарха? С какой стати ты распоряжаешься? Разве не гиппагрет здесь командует? – удивился Леонид. Его голос был обманчиво мягок.

– Ты думаешь, я скажу другое, стратег? – хмыкнул Циклоп. – Малыш прав – в дом никто не войдет. До тех пор, пока мы не обезвредим преступников. Не пытайтесь спорить, господа – тема закрыта. Малыш, выдели пяток воинов, чтобы развели гостей по домам.

За дверьми дома послышался шум отодвигаемой мебели.

– Клянусь Зевесом, никто еще не мог похвастаться тем, что смог помешать мне свершить правосудие. Идемте в дом, друзья, – эфор повернулся к ступеням крыльца. Остальные плотной кучкой пошли следом, и успели сделать десяток шагов, когда две фигуры – Циклоп и Красавчик – заступили им путь.

– НЕТ.

Арсиона тремя легкими шагами оказалась рядом с Полиадом. Рукоять спаты гипнотизировала ладонь: «Возьми меня, возьми». Иголки бегали от висков к затылку. Мечница решила для себя, что если придется биться, она возьмет на себя Пирра. Леотихид будет счастлив, если она избавит его от смертельного врага.

– Как это понимать, гиппагрет? – Фебид поднял пронзительные глаза на нависшего над ним Ясона. – Вы, может, еще и силу к нам примените?

Циклоп мрачно нахмурился, но не успел ответить – его опередил Полиад.

– Ты просто не понимаешь, уважаемый эфор, опасности, которой себя подвергаешь. Люди, засевшие в доме – это фанатики, решившие погубить себя вместе с обреченным на гибель Эврипонтидом. Это безумие – отдавать себя в их власть, добровольно становиться заложником этих негодяев, они готовы сейчас на любое злодейство.

Леонид улыбнулся.

– Не переживай, лохаг, мы защитим эфора, если возникнет такая необходимость. С нами Исад – какая нужна еще гарантия безопасности? А что касается злодейства… не твои ли люди менее часа назад избивали одноногого калеку у самого дома эфора?

– Так вот откуда… – Полиад прикусил язык.

– Оттуда, оттуда. Будь добр, отойди с дороги.

– Нет. Вы превратно все поняли, клянусь богами. Сейчас не время объясняться, и… нельзя входить в этот дом. Если будете упорствовать… нам придется задержать вас. Ради вашего же блага, разумеется.