Не потому ли он оказался вовлеченным в какие-то подозрительные дела? Не успел насладиться безумствами молодости?

Нет, не то. Если бы Тристан захотел предаться безумствам, для этого можно было бы избрать другие способы, не вступая на путь предательства. Что-то другое должно было склонить его к преступлению.

Бросив взгляд в сторону леди Кармайкл, она сказала:

— Разумеется, смерть отца заставляет измениться любого мужчину. Многие при этом могут ожесточиться.

Констанс вздохнула и покачала головой:

— Нет, Тристан не из таких. Хотя я переживала, что он лишился радостей юности, в действительности, став маркизом, он прекрасно себя чувствовал. Он сильно изменился позже. После смерти моего младшего сына. — Ее дыхание прервалось, она вынула из кармана кружевной платочек, чтобы вытереть слезы, внезапно заблестевшие в уголках ее глаз.

Мередит сочувственно вздохнула, а голова ее между тем лихорадочно работала в поисках недостающих фактов. Эдмунд Арчер был на семь лет моложе Тристана. Он погиб на военной службе. Если Констанс права, подозрительное поведение Тристана может быть как-то связано со смертью его брата. Чтобы продвинуться дальше, может потребоваться дополнительная информация из Лондона.

Рука Мередит легла на плечо леди Кармайкл и легонько сжала его.

— Я очень сочувствую горю вашей семьи.

Мать Тристана улыбнулась, но лицо ее осталось печальным.

— Спасибо. Потеря была тяжела для всех нас, но Тристан пережил ее гораздо тяжелее других. В нем кипел и вырывался наружу гнев, он уже не мог стать прежним. — Ее взгляд переместился на Мередит. — Я надеюсь, что он успокоится, женится. Может быть, тогда он снова начнет улыбаться.

Под пристальным взглядом спутницы кровь прилила к щекам Мередит. Она так привыкла не выказывать истинных чувств, что открытость ощущалась ею как неловкость.

Леди Кармайкл отвела взгляд, дав передышку Мередит, которая не знала, как отреагировать на эти слова.

— Наверное, вам кажется странным, что я так много рассказала вам о семейных проблемах, — будто извиняясь, начала она.

Мередит повела плечом, хотя внутренне согласилась с ее словами. Она надеялась узнать что-нибудь полезное для себя, но не ожидала такой откровенности.

— Я потому рассказала вам все это, что знаю — вы перенесли похожие испытания, когда умерли ваши родители. — Леди Кармайкл улыбнулась: — Вам ведь очень нравился мой сын, не правда ли?

Мередит прерывисто вздохнула:

— Да, миледи. Думаю, вы могли бы назвать нас друзьями детства.

Леди Кармайкл кивнула:

— Может быть, возобновление этой дружбы пошло бы ему на пользу. — Она похлопала Мередит по руке. — Уверена, вы устали и хотели бы отдохнуть до ужина. Не вернуться ли нам в дом?

Мередит слабо кивнула, испытывая облегчение. Как тайного агента ее, конечно, должно было разочаровать то, что разговор закончился. Леди Кармайкл — настоящий кладезь информации о Тристане, она открыла ей глаза на несколько возможных причин, побудивших Тристана связаться с преступниками. Но женщина в ней не желала соглашаться с этими выводами. Разговор, коснувшийся утраты близких и давно позабытых дней, пробудил в ней душевное волнение, которое сейчас было лишним.

Когда они шли к дому, Мередит украдкой взглянула на леди Кармайкл. Ее мысли вернулись в те далекие годы, когда Констанс гладила ее по голове, говорила ей добрыеслова и приветливо улыбалась. Одинокая девочка, она с жадностью впитывала знаки внимания, которые ей были слаще конфет. Много позже Констанс оставалась единственной, кого она вспоминала. Славная, сострадательная женщина.

Мередит пронзило чувство вины. Она использовала доброту Констанс против нее и ее любимого сына. Хуже того: она знала, что эта женщина смотрит на нее как на возможную пару Тристану и не имеет ни малейшего представления о том, каким подлецом он может оказаться. Отвсего этого у Мередит заболела голова. Когда они вошли в дом, леди Кармайкл с улыбкой сказала:

— Симпсон проводит вас в вашу комнату. Пожалуйста, не раздумывая, звоните, если вам что-нибудь будет нужно. — Она слегка пожала ей руку. — Я очень рада, что вы здесь, дорогая. Увидимся за ужином.

— Благодарю вас, миледи, — пролепетала Мередит. — Я буду рада.

Но она не была рада. Поднимаясь по лестнице вслед за лакеем, а затем идя по длинному коридору, она думала только о том, что ей следует сделать немедленно. И о том, сколько жизней разрушится, если она найдет то, что ищет.

Лакей, поклонившись, ушел, оставив ее одну в превосходно обставленной комнате, на обстоятельный осмотр которой у нее не было времени. Пришла горничная, помогла ей снять накидку и шляпку. Мередит вздохнула. Необходимо снова приниматься за работу.

Прежде всего надо написать домой и попросить узнать подробнее об обстоятельствах трагической гибели Эдмунда Арчера. Затем нужно собраться с мыслями и подумать о деле, а не о том, какие последствия оно может иметь для этой перенесшей много утрат семьи и для ее главы.

— Тристан, ты меня слышишь?

Тристан, вздрогнув, взглянул на своего помощника Филиппа Баркли:

— Что? Да, конечно.

Его старый друг выгнул бровь: