– Да, он полноват. В мужчине главное не внешность, – не унималась Наташка.

Я нервно хихикнула и с вызовом посмотрела на подругу, после чего отчетливо произнесла:

– Наверное, поэтому ты вышла замуж за красавца сложенного как греческий бог, да еще и состоятельного?!

– Я вытянула лотерейный билет! – отмахнулась Наташка.

Этот лотерейный билет подруга выцарапывала не жалея своих ноготков. Ради него она подвергла себя небольшой пластической операции, правда, леди-совершенство предпочитала об этом не вспоминать.

– Сейчас мы говорим не обо мне! Мы организовываем твою личную жизнь! – по-матерински строго заметила Наташка.

«Организовываем твою личную жизнь» – пронеслось в моей голове. Как я согласилась на эту глупую затею! Доверив свою судьбу лучшей подруге, я обрекла себя на череду встреч со странными людьми, носящих штаны и имеющих неромантическое название «мужик». В течение двух месяцев каждые выходные я встречалась с претендентами на почетное звание «супруг». Наташкины соседи, коллеги, знакомые знакомых – все были вовлечены в увлекательный процесс – организацию моей личной жизни. Подруга ощущала нездоровую ответственность и прилагала слишком много усилий. Меня даже это откровенно пугало, но я безропотно принимала удары судьбы и шла на очередное свидание.

– Так что с Андреем Викторовичем? – протянула Наташка, хлопая накрашенными ресницами.

– Я ж сказала, лысеющие несостоявшиеся донжуаны не моя страсть! Да, и еще у него была грязь под ногтями! – с отвращением вспомнила я и с мольбой посмотрела на Наташку, потому что знала, что та очень негативно относится к антисанитарии, но ни один мускул на ее лице не дрогнул, она развела руками и невозмутимо произнесла:

– Колесо менял человек! Мужик с золотыми руками!

– И что, за двое суток нельзя было отмыть эти золотые руки? – не унималась я.

– Перед грязными ногтями, что там тебя не устроило? Зубы?

– Не зубы. А их отсутствие.

Меня передернуло. Я вспомнила лицо ухажера, с которым Наташка устроила мне встречу. Полвечера он сидел с непроницаемым лицом, я говорила то о погоде, то о природе. Выпив графинчик водки, мужчина расслабился и стал более развязным. Первое что он сделал – широко улыбнулся. Я с ужасом обнаружила, что значительную часть зубов беспощадно уничтожил кариес.

– Зубы благополучно вставляются! – заметила Наташка абсолютно без иронии.

Терпение мое лопнуло. Я поняла одно: с экспериментальными свиданиями и с Наташкиной карьерой свахи пора покончить – ни к чему хорошему это не приведет! Я набрала в легкие воздуха и отчетливо сказала:

– Не могу больше! Хватит! Ей Богу, не могу! Достаточно! Оставь меня в покое!

Ноздри Наташки встрепенулись. Она пристально посмотрела на меня, после чего молча встала и направилась в прихожую.

– И куда ты? – улыбаясь, я провожала взглядом Наташку, уставившись в прямую спину своей лучшей подруги. Подобные реакции забавляли меня с раннего детства, когда детьми мы ссорились и мирились.

– Раз я больше не нужна, не стану отягощать тебя своим присутствием.

– Ты не отягощаешь меня своим присутствием. Я очень благодарна, что ты так заботишься обо мне и о моей личной жизни… Но не стоит столь активно пытаться обеспечить меня супругом. В конце концов, мне жить.

Наташка обреченно вздохнула.

– Хорошо. Как скажешь. Ты абсолютно права: я слишком на тебя давлю.

Просто ты самый близкий человек и я очень хочу, чтобы у тебя, наконец, были достойные отношения. А не романы на пару – тройку ночей. Прости, – сказала она, увидев мой недовольный взгляд. – Но ты прекрасно понимаешь, что я права. Не так ли?

Я, молча, кивнула. Наташка уселась обратно в кресло.

– Знаешь, – начала она осторожно, крутя пустую кружку в тонких пальчиках, – есть один человек…

– Нет. Никаких свиданий, – ответила я резко и убедительно. – Все!

– Хорошо, – она нервно «забарабанила» ноготками по почти пустой кружке – этот звук раздражал меня. – Он спортсмен, и к тому же…

– Нет. Еще чаю?

Не дожидаясь ответа, я неохотно поднялась с дивана, на котором уютно устроилась и направи лась на к у хню, перехватив по п ути п уст ую кру ж к у из цепких лапок свахи.

– Он сильный, мужественный, – щебетала Наташка.

– Тебе ведь без сахара? Может молока добавить? Варенье есть вкусное, – я не обращала внимания на попытку свахи реабилитироваться.

– Мне без сахара и молока тоже не надо, – растеряно произнесла подружка, мне даже показалось, что голос ее дрогнул. – Разве что пару ложек варенья съесть с горя…

Я пригласила ее на кухню. Наташка вошла медленно и скорбно. Усевшись на табурет, она посмотрела на меня с видом побитой собаки. Видя, что ее жалобный спектакль не производит должного впечатления, она немного расслабилась и, взяв ложку, принялась размешивать чай.