— Конная кавалерия, тяжелое вооружение, поистине огромные верховые лошади. Предполагают, что на поле боя их ничто не может остановить, — сказал Мануэль.

— Ха! Мы видели кавалерию против драконов, это не работает, — сказал Релкин.

— Мы видели легкую кавалерию, и они не могли окружить нас, так как мы были в лесу. Будь мы на открытом месте, все было бы по-другому. Мы бы просто не достали их. И нам бы пришлось кидаться в них стрелами из-за драконов весь день. Каждый день.

— Ты хочешь сказать, что эти «рыцари» действительно на что-то способны?

— Я хочу сказать, что мы не видели атаки на драконов тяжелой кавалерии.

— Но мы не собираемся ведь драться с чардханцами, разве не так? — растерянно спросил Джак.

Свейн рассмеялся.

— Нет, не собираемся, — успокоил младшего Мануэль.

— Мы вообще не знаем, с каким чертом мы собираемся драться, — сказал Релкин. — Никто ничего не знает наверняка. Одни слухи.

— Ну и ладно, в любом случае эта кавалерия будет на нашей стороне.

— Ага, и еще у нас будут какие-то кассимские всадники, — сказал Свейн, — называющие себя Пантерами. Хо-хо!

— Я видел кассимцев; в Марнери как-то заходили кассимские моряки. Они много торгуют с Кадейном.

— Кассим — древнее королевство со славными традициями рыцарства, — сообщил Мануэль, как всегда словно читая по книге.

— Плевать на кассимцев, что насчет богонцев? Они черные.

Релкин пожал плечами:

— Ну и что? Все равно они те же люди. Кроме того, и в Урдхе живут чернокожие.

— Откуда ты знаешь? И когда это куошит успел там побывать? Я так думаю, что там никто еще не был, кроме ведьм, разумеется.

— Торговцы там бывают постоянно, Свейн.

— Мне все это не нравится, потому что сильно отличается от моего дома, — заявил Свейн.

— Дома? — переспросил Релкин. — И где же это? Форт Далхаузи?

Но раньше чем Свейн начал ссору, объясняя, что под «настоящим» домом он имел в виду внутренний Аргонат, Джак удивленно присвистнул:

— Ух ты! Похоже, это наши друзья-пираты. Все-таки они решили взяться за нас всерьез.

С грот-мачты раздался звук трубы.

Джак показал пальцем вдаль. С наветренной стороны к аргонатским кораблям быстро приближалась флотилия быстроходных суденышек. Это были небольшие пиратские шлюпы, болтавшиеся в виду «Ячменя» со вчерашнего дня. По флоту разнеслись новые сигналы.

— Я думаю, они решили — теперь или никогда, — сказал Свейн.

Релкин кивнул, соглашаясь, и в этот момент экипаж «Ячменя» с топотом бросился по местам.

Пиратские суденышки были легкими, но несли многочисленный экипаж. Обычной их тактикой было подойти как можно ближе к жертве и взять ее на абордаж.

Моряки установили тяжелые катапульты в боевую позицию, сняли брезентовые чехлы, защищавшие оружие от стихий. Пока под ритмичное пение вращались рукоятки лебедок, заряжающие уже вставили десятифутовые стрелы в направляющие желоба. Каждая стрела была снабжена массивным стальным наконечником больше фута длиной.

Тем временем на марсовые реи были подняты тяжелые пращи. Они должны были швырять сосуды с горящим маслом в паруса и оснастку пиратов. Пращи были изобретательно прикреплены между мачтами и установлены вертикально, что позволяло их натягивать с огромной силой, добиваясь большей дальности полета.

Вдоль борта ближайшего пиратского шлюпа уже можно было разглядеть множество черных лиц, белые зубы скалились над сверкающими абордажными саблями.

Трубы снова пропели по флоту.

— Смотрите! — закричал Джак.

Старый «Картофель» подвергся нападению.

Словно пара гигантских плетей щелкнула в воздухе — это две катапульты «Картофеля» открыли огонь. Стрелы ударили в корпус пиратского шлюпа. Хрупкое суденышко не могло выдержать подобного удара. Обе стрелы пробили борт.

Последовали выстрелы еще нескольких катапульт, и вскоре шлюп, идущий первым, получил пробоину ниже ватерлиний и стремительно затонул.

Шлюп, идущий следом, взял рифы и принялся подбирать отчаянно барахтающихся в воде людей, потом повернулся и ушел по ветру на юг, оставив белые корабли в покое.

Другой шлюп оказался на линии огня «Ячменя».

Капитан Олинас отдала приказ, и был открыт залповый огонь. Грохот поднялся такой, что у стоящих на палубе заложило уши. В первый раз стрелы прошли над шлюпом. Во второй — угодили во вражескую грот-мачту. В третий — упали в воду, не долетев до цели. Со шлюпа послышались насмешливые крики, пираты приближались.

Последовала новая команда капитана Олинас, и целый град больших стрел обрушился на корпус пиратского шлюпа.

Ситуация мгновенно изменилась. Шлюп потерял скорость и стал неповоротливым. Теперь его расстреливали в упор, и все новые и новые пробоины появлялись в корпусе кораблика. Вскоре только отчаянно барахтающиеся люди и обломки такелажа плавали на месте шлюпа.