–Надеюсь, что все именно так, - ответил Жан-Клод.

–Почему ты на это надеешься?
– спросила я.

–Потому, что если это делается с позволения и под наблюдением Арлекина, то Реквием прав, мы все обречены. Они сначала наиграются с нами, а потом уничтожат.

–Я не бываю обреченной, - возразила я. Он поцеловал меня в макушку.

–Я знаю, ma petite, но ты даже не подозреваешь, какая сила идет на нас.

–Так объясни мне.

–Я же сказал тебе, они - пугало для вампиров. То, что мы боимся встретить в темноте.

–Не правда, - возразила я.

–Они кроваво пугающие, любимая, - отозвался Байрон.
– Мы действительно их боимся.

–Пугало всех вампиров - Мамочка Тьма, ваша родоначальница. Она то, что пугает всех вас.

Они все затихли, один или два удара сердца на всех.

–Да, Арлекин боится Матери Всей Тьмы, нашей создательницы, - подтвердил Жан-Клод.

–Все боятся темноты, - сказал Реквием, - но если Мать Всей Тьмы - наш кошмар, то Арлекин - разящий меч тьмы.

Байрон кивнул.

–Мне нечего возразить, детка. Каждый боится ее.

–Что ты хочешь предложить, ma petite?

–Я ничего не предлагаю. Я лишь говорю, что стояла в темноте и видела ее, возвышающуюся надо мной черным океаном. Она вторгалась в мои сны. Я видела комнату, в которой лежит ее тело, слышала ее шепот в своей голове. Запах дождя и жасмина на своем языке.
– Я задрожала и вновь ощутила, как она беспокойно ворочается во тьме. Она спит в комнате с окнами, за которыми виднеется лишь огонь далеко внизу. Она уснула настолько давно, что многие ее даже не помнили. Сначала я думала, что они соберутся праздновать ее пробуждение, но потом я поняла, что они все боялись ее, боялись того, что она из себя представляла. Мать Всей Тьмы любила меня по нескольким причинам. Я очень ее заинтересовала. И, находясь за тысячи миль отсюда, она продолжала попытки мною завладеть. Она однажды заставила крест вплавиться в мою ладонь. Теперь у меня будет шрам до самой моей смерти.

– Помяни черта, и он явится, - ответил Реквием. Я кивнула и попробовала подумать о чем-то еще. О да, мне было чем занять свои мысли.

–Арлекин - всего лишь вампирское правосудие, которое все равно подразумевает подчинение более высоким законам?

–Oui.

–Тогда давайте используем закон против них.

–Что ты предлагаешь, ma petite?

–Это прямое нападение. Совет запретил кому-либо из Мастеров вести борьбу на территории США, пока закон не подтвердит вашу легальность.

–Ты же не хочешь предложить нам бой с ними?
– спросил Байрон.

–Я говорю, что мы можем действовать в соответствие с законом, - ответила я.

–Ты не понимаешь, что творишь, Анита, - возразил Байрон.
– Арлекин - то, что мы оборачиваем против того, кто творит неподобающее. Они - полиция для нас.

–Если полицейские ведут себя неподобающе, они перестают быть полицейскими, - ответила я.

–И кто же они по-твоему?
– спросил он.

–Преступники.

–Ты же не предлагаешь нам в серьез бороться с Арлекином?
– спросил Реквием.

–Не совсем так, - ответила я.

–Тогда что?

Я заискивающе взглянула на Жан-Клода.

–Что бы ты сделал, если бы кто-то настолько же сильный шел бы на нас войной?

–Я связался бы с Советом в надежде на помощь, чтобы уйти от стычки.

–Вот и свяжись с ними, - сказала я.

–Не думаю, что все в Совете нас любят, - сказал Натаниэл.

–Они и не любят, но если Арлекин нарушает закон, они могут закрыть глаза на мелкие разногласия, - заметил Жан-Клод.

–Ты забыл, насколько мелочным бывает Совет?
– спросил Реквием.

–Нет, но не все в совете еще забыли, что такое жить в реальном мире.

–С кем из Совета ты свяжешься первым?
– спросил Байрон. В дверь постучали. Все мы подпрыгнули с бьющимся в горле пульсом. Натаниэл нервно рассмеялся, а я сказала:

–Вот дерьмо.

–Посылка для Жан-Клода, - отозвался из-за двери Лисандро.

–Это может подождать, - ответил Жан-Клод.

–В записке говорится, что вы этого ждете.

–Войди, - ответил Жан-Клод. Лисандро открыл дверь, но вошел Клэй с белой коробкой в руках. Коробка была точно такой же, какую нашла я в туалете. Мне показалось, что я прекратила дышать, потому что просто забыла, что это нужно делать.

Клэй взглянул на меня.

–Что-то случилось?

–Кто это передал?
– спросил Жан-Клод.

–Это стояло на стойке гардероба освещенных предметов.

–И ты просто притащил это сюда, - сказала я, повышая голос.

–Нет, дайте мне немного форы. Мы все проверили. В записке говорится, что это для Жан-Клода.

–Что это?
– спросила я, опасаясь, что уже знаю.

–Маска, - ответил Клэй. Он оглядел нас всех, пытаясь понять, почему мы так расстроены.

–Какого она цвета?
– спросил Жан-Клод голосом, настолько пустым, какого я у него никогда не слышала.