–Все равно рассказывай.

–Я не могу тебе рассказать. Я верен той же клятве, что Мальком, впрочем, как и все вампиры.

–Абсолютно все?

–Да.

–Что или кто мог связать вас такой клятвой?

Я задумалась на секунду, а потом сама же ответила на свой вопрос.

–Это Совет, ваш единственный правящий орган.

–Oui.

–Т.е. ты хочешь сказать, что не расскажешь мне ничего о том, что происходит?

–Я не могу, ma petite.

–Хорошо, но это меня адски расстроит.

–Ты понятия не имеешь, чего просишь, ma petite.

–Я твой слуга-человек, разве это не дает мне право знать все ваши секреты?

–Ах, но это не моя тайна.

–Что значит не твоя тайна?

–Это означает, ma petite, что я не могу обсуждать это с тобой, пока мне не будет дозволено.

–А как получить разрешение?

–Прости, но я не могу ответить на твой вопрос, ma petite.

–Что это должно значить?

–Это значит, что как только мне можно будет рассказать, с нами свяжутся.

–Это не человек?

–Я больше не скажу ни слова.

Я знала, что могу слегка подвинуть щиты, может даже взломать. Я размышляла об этом, а он будто читал мои мысли.

–Пожалуйста, ma petite, не заставляй меня.

–Насколько плохо ЭТО?

–Это ужасно, но это не имеет отношения напрямую к нам. Я думаю, что Малькома постигнет кара за его преступления, что бы мы ни сделали.

–Это неопределенное нечто или кто-то, кто будет охотиться конкретно на Малькома?

–Возможно. Скорее всего, дело касается только Малькома и его паствы.

–Кто бы это ни был, но он хочет, чтобы всю грязную работу сделала я и другие ликвидаторы.

–Возможно. Твой статус совсем новый. Я знаю, что многие в Верхах озабочены вампирской политикой. Возможно, кто-то решил использовать их, как оружие.

–Всего около месяца назад был случай, когда один вам создал другого, чтобы тот убил женщину. Я не хотела бы убивать того, кто невиновен.

–Вампир действительно невиновен?

–Не надо на меня валить все это политическое дерьмо, Жан-Клод.

–Мы монстры, ma petite. И ты знаешь, что я в это верю.

–Да, но вы бы не хотели вернуть старые добрые времена, когда мы могли открыто на вас охотиться.

–Нет, я не хочу этого.
– Было что-то в его тоне, что-то невыразимо сухое.

–Ты так плотно закрылся от меня, что я не могу сказать, что ты чувствуешь. Обычно ты так поступаешь только, когда по-настоящему напуган.

–Я боюсь, что ты прочтешь в моем сознании то, что я не имею права тебе рассказать. Есть некоторые, как бы это сказать, способы… правила, нормы. Если бы ты хоть и в моем сознании узнала бы правду, то это было бы поводом уничтожить нас обоих.

–Что, черт возьми, это за секрет такой?

–Я сказал тебе все, что мог.

–Я должна приехать ночевать в Цирк Проклятых сегодня вечером? Стоит ли нам начать окапываться?

Он снова затих, а потом наконец сказал:

–Нет, нет.

–Ты не уверен.

–Я думаю, что ночевать сегодня со мной было бы неправильным, ma petite. Секс и эмоции - состояние, в котором наша защита слабеет, и тебе было бы проще прочитать в моем сознании то, что я так стараюсь от тебя скрыть.

–Ты хочешь сказать, что нам не стоит видеться, пока ничего не известно?

–Нет, не совсем, ma petite, но точно не стоит встречаться сегодня ночью. Я решу, что нам делать к завтрашнему вечеру.

–Какой у нас план? Каковы варианты?

–Я не хочу об этом говорить.

–Черт побери, Жан-Клод, расскажи мне.
– Я начинала серьезно злиться, но на самом деле во мне скорее зародилось опасение.

–Может так статься, что мне не разрешат раскрыть эту тайну никогда.

–Но ведь это что-то, что послал Совет, чтобы убить Малькома и разрушить его Церковь?

–Я не могу ответить на твой вопрос.

–Т.е. не хочешь.

–Нет, ma petite, не могу. Разве то, что произошло с вами, не было уловкой Совета, чтобы получить повод нас уничтожить?

Меня внезапно охватил озноб.

–Нет, со мной ничего не произошло.

–Я так не думаю, ma petite.

–Ты считаешь, что кто-то в Свете думает, будто мы настолько связаны метафизически, что я могла бы спокойно узнать ту самую тайну, просто прочитав ее в твоих мыслях. И если я узнаю, они убьют заодно с Малькомом и нас тоже.