– Не притворяйся, – сказали ей. – Ты дышишь не так.

Юлька открыла глаза. С болью свела взгляд. Перед нею расплывчато белела огромная бледная рожа. Потом рожа отодвинулась и растроилась, и Юлька все вспомнила.

– И не дергайся, – сказал Антон, усаживаясь на свое место и брякая о столешницу большой пластмассовой чашкой. Юлька провела языком по губам, слизывая холодные капли. Теперь она чувствовала, как вода стекает по шее, как холодеет и мокнет майка на груди… Она не могла пошевелить ни рукой, ни ногой – руки ей стянули за спиной, а ноги примотали к ножкам стула. Ноги она ещё кое-как чувствовала, а руки – уже нет. – Дергаться бесполезно.

– Что вы сделали? – спросила она невнятно, но её поняли. – Зачем?

– Мы. Тебя. Связали, – сказал Антон очень раздельно. – Если будешь делать то, что надо, – все будет нормально. Если попытаешься выдрючиться – пеняй на себя.

– Не понимаю. Что – делать?

– Пока что – просто отвечать по телефону. Если он будет ещё звонить. Что у нас все в порядке. Есть, так точно. Ясно?

– Нет. Вы что-то задумали?

– А то. Иван, растолкуй ей. Я не могу… – Он сморщился, как от зубной боли.

– Они нас за кроликов держат, – сказал Иван. – Думают, нас разводить легко. Думают, мы дурни. Ты вообще-то поняла, что этот Барс замыслил?

– Как ты смеешь… так… о марцале…

– Смею. И среди них попадаются… Ты хоть поняла, что он предатель? Или ещё нет?

– Предатель? – У Юльки пересохло в горле. – Кого он предал? Кого?

– Кого-кого… Своих, кого же еще. Детонаторы фальшивые, ясно? Я случайно засек. Учебные они. Там маркировка на них специальная. Так кто он после этого?

Юлька втянула воздух. Выдохнула. Сердце, на секунду остановившееся, заколотилось.

– Так ведь так и было задумано, – сказала она. – Чтобы те, – она коротко вздернула лицо вверх, – были уверены, что все по правде. А как они узнать могут? Спросить кого-то из нас. Знаешь, как они умеют… И мы должны быть уверены, что взрыв будет. Что все по-честному. А вы теперь…

– Бу спока, – сказал Иван, ухмыляясь. – Все и будет по-честному. Мы свои детонаторы поставили. Настоящие.

– Двенадцать штук, правда, – вмешался третий, Петр. – У нас всего двенадцать было. Но и этого хватит.

– Так вы хотите… взорвать?

– А ты хочешь сдаться?

– Но марцалы не собирались взрывать город! Они только хотели этим козырнуть. Вы что, ребята! Это же марцалы. Это же… наши! – У неё не нашлось другого довода.

– Значит, ты хочешь сдаться, – как бы не слыша её, сказал Петр. – Значит, ты такая. После всего… после пацанов сгоревших… Ты сама-то кто? Слухачка щипаная, придонный персонал. Тебе-то все одно ничего не грозило…

– Не заводись, – сказал Антон. – Она ничего такого не сказала.

– Нет, сказала. Сказала, что хочет сдаться.

– Не сказала.

– Сказала, я сам слышал.

– Ничего ты не слышал. Уймись. А ты, – повернулся он к Юльке, – тоже думай. Откуда ты можешь знать, что они хотели, чего не хотели? Телепатка, что ли?

– Немножко, – соврала Юлька. – Я знаю, когда говорят правду.

– Ну и?..

– Барс мне именно так и сказал: козырнуть. И я поняла, что это правда.

– Врешь, – беззлобно сказал Антон. – Вот я точно знаю, когда врут. Меня ещё весной начали раскачивать. И сказали, что потом сильнее раскачают. Почему мы этого Барса и заподозрили…

– Откуда у вас детонаторы?

– Со складу, вестимо, – хмыкнул, Иван. – Откуда ещё детонаторы берутся?

– Мы их давно скребанули, – пояснил Антон. – Рыбу глушить хотели. А видишь – для настоящего дела понадобились… Барс – предатель. – Он резко изменил тон, глаза его сузились. – Он хочет сдаться. Их несколько таких. Хотят остаться на Земле.

– А… остальные?

– Ну… если Империя захватит Землю… Чего им тут делать? Коров пасти? Будут биться до последнего, а потом – взорвут все к чертовой матери.

– Взорвут нас… и смотаются… Так, по-вашему?

– А зачем нам жить? – тихо спросил Петр. – Нам и сейчас-то особенно незачем жить, а под Империей… Или тебе это все по барабану?

– Не задирайся к ней, – сказал Антон. – Она ещё ничего такого не сказала.

– Ну так подумала!

– И не подумала, – сказал Антон. – Так вот, слушайте меня. Если Барс вдруг позвонит и скажет, что отбой и все такое… Он же Предатель.

– Значит, надо взрывать, – сказал Петр.

– Не сразу… Мы просто не выйдем из бункера. Потребуем адмирала и все ему объясним.