План Проникновения успешно осуществлялся.

Проведённый Хранительницами тщательный просмотр пространства и измерений в системе Жёлтой звезды не выявил ничего настораживающего. Никаких следов посторонней – а тем более враждебной – магии обнаружено не было.

И никто из голубых эсков не обратил внимания на сущую мелочь – на дальнейшие судьбы кораблей победоносного флота Островной империи.

…На пятидесятой минуте Цусимского боя, когда расстрелянный «Ослябя» уже исчез с поверхности моря, а пылающий «Суворов» покинул строй, русский двенадцатидюймовый снаряд пробил броню кормовой башни главного калибра на японском броненосце «Фудзи». В башне вспыхнули заряды, и гудящее пламя, сожрав оказавшихся на его пути комендоров, ринулось по элеваторам вниз, в погреба.

Английский наблюдатель капитан Пэкенхэм, увидев с борта «Асахи» полотнище огня на корме «Фудзи», окаменел. Он хорошо знал, что должно произойти, и ждал глухого рёва чудовищного взрыва и громадного дымного облака над японским кораблём. Но… Случайный осколок того же самого снаряда перебил трубу магистрали, и тугая водяная струя скосила и затушила пламя. В очередной раз счастье оказалось на стороне японцев.

Зловещий фейерверк Пэкенхэм – уже адмирал – увидел одиннадцать лет спустя, когда в Ютландском бою под германским огнём взрывались британские линейные крейсера. Но это была уже совсем другая война…

А в первых числах сентября 1905 года, всего через неделю после заключения мира между Россией и Японией в порту Сасебо – в главной базе японского флота – взорвался и затонул «Микаса»: флагманский корабль адмирала Хейхациро Того, выдержавший десятки попаданий тяжёлых русских снарядов в боях в Жёлтом море и при Цусиме. Причиной взрыва стал случайный пожар в артиллерийском погребе, вызвавший детонацию боезапаса. При взрыве погибло двести пятьдесят членов экипажа «Микаса» и ещё триста пятьдесят было ранено – больше, чем потерял весь японский флот в Цусимском сражении.

«Ну почему этот злосчастный взрыв не произошел хотя бы четырьмя месяцами раньше?! – с горечью говорили русские морские офицеры, сворачивая газеты с кратким сообщением о взрыве в Сасебо. – Почему фортуна перестала улыбаться неприятелю только сейчас, когда уже ничего не изменишь и не вернешь к жизни тысячи наших погибших товарищей?». Знавшие ответ на этот вопрос находились далеко от Третьей планеты системы Жёлтой звезды…

Чёрные эски знали, что их вмешательство в ход «войны по сценарию» непременно должно быть компенсировано – Закон Равновесия. Мегадеру и его помощникам стоило немалых трудов сдержать проявление этого закона до окончания войны. Зато потом…

Взрыв флагманского броненосца адмирала Того стал только началом.

Три года спустя, в 1908, взлетел на воздух броненосный крейсер «Мацусима» – тоже от случайного возгорания в погребах.

В июле 1912 года у острова Уруп разбился в шторм крейсер «Нанива». Этот корабль, которым во время японо-китайской войны командовал тогда ещё капитан Того, прославился в ходе русско-японской. «Нанива», флагманский корабль адмирала Уриу, начал войну боем при Чемульпо, стреляя по «Варягу»; его снаряды добили тяжело повреждённый крейсер «Рюрик» в бою в Корейском проливе и не дали уйти от погони «Дмитрию Донскому» на второй день Цусимского сражения.

В августе 1916 года в Сангарском проливе вылетел на мель и переломился пополам крейсер «Касаги», на котором во время «войны по сценарию» держал флаг адмирал Дева, следивший при Цусиме за русской эскадрой и наводивший на неё главные силы Того.

Через год у берегов Японии погиб крейсер «Отава», а ещё через пять лет, в августе 1922 года, ещё один ветеран русско-японской войны – крейсер «Нийтака»: у берегов Камчатки он попал в тайфун, был прижат к скале и перевернулся, унеся с собой на дно четыреста человек. Эти два последних корабля при Цусиме расстреляли подбитый, но героически сопротивлявшийся крейсер «Светлана» и ушли, не подбирая уцелевших русских моряков…

Не обошла судьба и японские миноносцы, атаковавшие Порт-Артур. «Инадзума» в декабре 1909 года столкнулся со шхуной, получил тяжёлые повреждения и был сдан на слом. «Харусаме» в ноябре 1911 года во время шторма в Японском море перевернулся и затонул вместе с сорока пятью членами экипажа. А десятого октября 1913 года в разных местах одновременно погибли сразу два миноносца: «Икадзучи» пошел ко дну от взрыва котла, а «Сазанами» – тот самый, которому сдался в плен «Бедовый» с Рожественским на борту, – был выброшен волной на камни.

Если же к этому списку добавить корабли послевоенной постройки – броненосный крейсер «Цукуба» и линкор «Кавачи», погибшие от взрывов боезапаса в январе 1917 года и июле 1918 года (эти две катастрофы унесли свыше тысячи жизней), а также небоевые потери кораблей до 1904 года (включая пропавший без вести в октябре 1887 года новейший крейсер «Унеби»), то наблюдается любопытный факт: японский флот вплоть до начала Второй Мировой войны страдал от аварий и несчастных случаев гораздо больше, чем от воздействия противника. И это несмотря на то, что за это время флот Островной империи активно участвовал в трех войнах на море – с Китаем, с Россией и в Первой Мировой.