— Что потребуется могучему воину, бросившему вызов обитателю илистого дна?

— Мне понадобятся сети, — сказал варвар. — Много сетей.

Над степью быстро мчалось черное облако, затмевающее солнце. Не плыло, подобно своим ленивым собратьям, но стремительно неслось от кхитайской границы в южном направлении. Среди рваных лоскутов, объятые гроздьями тумана, летели три чародея, увлекаемые скорым потоком воздуха. Невидимая злая сила мчала колдунов быстрее ветра. Словно тяжкие цепи, чары Столикого сковывали громовников. Братья-маги оказались заперты внутри клубящегося вихря из нескольких туч, и неведомая сила чужого колдовства постепенно лишала их собственной воли.

Базар, старший из братьев-громовников, с ненавистью глядел на проносящуюся внизу землю. Роиас пытался сопротивляться магии, мчащей их по небу, но у колдуна не хватало могущества, чтобы соперничать с чародейством Шао Луна.

Дин-Ю уже смирился с судьбой и готовился к предстоящей битве, вбирая в свое тело дар стихии воздуха. Ярко-желтые одежды чародеев развевались подобно огненным крыльям, и если бы кто-то снизу различил их стремительно несущиеся над землей силуэты, то непременно подумал, что это пролетают демоны из свиты Тагала, укравшие с неба луну.

Пленники Столикого готовились выполнить задание своего господина — убить Конана и дев-браминов Сна.

Закат нарядил небо в облачные одежды ярко-красных тонов. Солнце устало плыло за горизонт, теряя свой блеск. Воды Великой Реки были объяты алым пожаром, который медленно угасал, пока светило удалялось на покой.

— То есть, как это совсем не осталось лодок? — недоумевал Конан. — Как же вы тогда переправляетесь на другой берег?

— После того, как здесь поселился Суррейш, мы вообще не подходим к реке, — сказал Харар. — А все лодки разломал сам водяной демон.

— Хм, что-то не верится. Никогда бы не подумал, что водяному демону могли чем-то помешать ваши плоскодонки. Ну, плоты-то хоть у вас сохранились?

Степняк яростно поскреб затылок.

— Были где-то на отмели…

— Тогда веди на отмель.

У кочевников отыскалось всего три плота годных к плаванию. По четыре человека на каждый — итого двенадцать воинов могли принять участие в охоте на монстра. Из группы странников вызвались Конан, Вало, Таллок, Исира и Саттар, из степняков — Харар, его двоюродные братья Тулар и Парук, а также еще трое гирканцев, не боявшихся ни богов, ни демонов. Охотники до самой темноты готовили сети, точили гарпуны и крючки.

Когда все приготовления были сделаны, они отчалили от берега, направив речной транспорт вниз по течению.

Киммериец, дева-брамин и лунный маг занимали один плот, Вало, Харар и его братья — другой и, наконец, Таллок и его три помощника из числа гирканцев — третий. Два плота держались близко друг от друга, так, чтобы в любой момент можно было натянуть сети, в то время как на третьем плоту, которым управлял юный странник, воины готовили копья и гарпуны, чтобы атаковать пойманного демона. Картина выглядела зловеще — странники, точно сами рыбаки небесных вод из свиты Эрлика, отправились ловить чудовище, восставшее из пучины.

Река несла воинов по темным водам, в которых затаилась невидимая смерть.

Любопытство варвара пересилило. Сначала Конан опустил в воду лезвие своего меча, потом окунул руку. Ничего не случилось. У киммерийца появилась нехорошая мысль, что гирканцы их разыгрывают. Харар, сдвинув брови, сделал знак северянину немедленно прекратить тревожить воду.

— Суррейш чувствует появление человека в своих владениях, — шепотом объяснил гирканец. — Коварный демон может подкрасться незаметно.

Прошел час в полной тишине. Единственным звуком, доносившимся от темной воды, который слышали странники, был плеск рыбы. Саттар воззвал к ночному светилу, отгоняя дремоту и усталость. Киммериец был вынужден признать, что чародейство лунного мага производило определенный эффект — спать больше не хотелось, тело наливалось приятными волнами бодрости.

— Сеть! — внезапно крикнул Конан, заметив светящееся пятно, которое двигалось по дну в их направлении.

— Суррейш! — в голос воскликнули гирканцы. Несмотря на кажущийся испуг, кочевники

действовали быстро и слаженно. Вскоре чудовище затрепыхалось в сети. Вопреки ожиданиям, пойманный монстр совсем не походил на водяного демона, скорее, на рыбу, плоскую и уродливую, с тонкими крыльями, охватывающими тело.

— Это не Суррейш, — сделал заключение Харар.

— Кажется, я знаю, что это за существо, — произнес Таллок. — Это такая рыба, которая зовется электрическим скатом. Несколько раз подобных бестий вылавливали в Море Запада. Но ума не приложу, что эта рыбина может делать в Великой Реке.

— Выходит, эта рыба убивает людей? — спросил Таллока один из гирканцев. — Такая мелкая?

— Думаю, она здесь не одна, — ответил юноша. — Требуется, по крайней мере, десятка три таких скатов, чтобы нести смерть всем, кто вошел в воду. И все равно… Река слишком большая, чтобы скаты могли убивать повсюду!

— Значит, их кто-то направляет! — пришел к выводу Конан. — Будь я проклят Кромом, если это не один из трех кланов, почитающих сыновей Каавана!

— Эй!

Таллок хлопнул по кисти гирканца, который попытался дотронуться до ската рукой.