— Но господин Йорген обещал отпустить меня! — донесся до меня визг Альмы, похоже находившейся поблизости и слышавшей решение Винсента. — Я же вам помогала!

— Вот как? — удивленно проговорил Винсент, обернувшись. И сожалеюще развел руками: — Ну, раз обещал… Значит, отпустим.

А затем, когда Альма принялась его благодарить, расхохотался:

— Отпустим! Но потом, потом. А то в моем замке в последнее время наблюдается явная нехватка женского общества. Так что придется вам погостить у меня немного, дабы мои доблестные воины могли скрасить время жутких лишений.

«Вот тебе и награда за предательство, дурочка», — без малейшего злорадства подумал я, слушая довольный смех воинов, с одобрением воспринявших слова своего господина.

Участь Альмы была незавидной, но время для проявления сочувствия было неподходящим. Нужно вытащить Ребекку из лап этих мерзавцев. А может, еще кто-то из моих людей выжил. Только что здесь предпринять… Поблескивающие желтые искорки защитных амулетов указывают на то, что они задействованы, — значит, мне не убить ни Винсента, ни Йоргена. А без магии я сейчас не боец. На ноги, наверное, не смогу встать, не то, что устроить сражение. Единственное доступное решение — перемещение в замок. Да и то я из него могу не выбраться, ибо восстановиться после таких ран без воды и пищи — задача нереальная. Там и помру, в подземелье. Разве что врагам не удастся надо мной поизмываться — вот и вся радость… Придется положиться на волю случая и посмотреть, что будет происходить дальше. Может, и удастся как-то переиграть врагов.

Перейдя на истинное зрение, я увидел, что Йорген создает узор какого-то неизвестного мне заклинания. И это погрузило меня в настоящее отчаяние. Вот уж чего-чего, а становиться марионеткой в руках кукловода я не желал. Утратить свою волю хуже смерти.

Додумать я не успел. Так же как и отреагировать на действия Йоргена. Я не сплел и четверти необходимого для перемещения в замок узора — голову словно сдавило и на миг помутилось в глазах.

— Вот так вот, — довольно проговорил Йорген и спросил: — Куда ты дел руны?

— Какие? — немедленно отозвался я, с ужасом обнаружив, что язык, будто сам, мелет, независимо от меня.

— Имевшиеся у тебя руны первого круга.

— Тайной страже сдал, — чистосердечно признался я.

— Какой Тайной страже? — изумленно распахнув глаза, спросил Йорген.

— Той, что в Элории.

— У тебя что, было много таких рун? Каких именно? И зачем ты их отдал? — засыпал меня вопросами Йорген, а я, с расстановкой отвечая на них, воспользовался выпавшим мгновением и сотворил заклинание ментального восстановления. И преспокойно обратил его на себя, так как никакими внешними эффектами его использование не сопровождается, а соответственно и догадаться о его применении невозможно. Йорген хоть и был необычным магом, но, как и большинство других, использовал истинное зрение лишь по необходимости, в частности для создания структур. И в данный момент разоблачение мне не грозило.

Задействованное заклинание будто смело стянувшие голову путы, и я вновь обрел контроль над своими действиями. А на мою кратковременную дезориентацию никто не обратил внимания.

— А куда ты дел те руны первого круга, что были у тебя во время сегодняшнего боя? — вернулся к выяснению самого важного для него факта кукловод.

— Не знаю, — невразумительно ответил я, желая сбить вопрошающего с толку.

— Как — не знаешь? — нахмурился Йорген. — Куда руны дел, гаденыш?!

— Не помню, — продолжил я свою игру.

— Ах ты, мерзавец! — пнул меня ногой Йорген, обозленный моей неразговорчивостью. — Где руны, которые использовал?!

А тут еще Винсент съехидничал:

— Что-то не видно результата от этих ваших ментальных заклинаний, господин Йорген. Может, все-таки проще пытками заставить его говорить правду?

— Не проще! — еще раз пнув меня и отведя тем самым душу, отрезал чуть успокоившийся маг. И пробормотал: — Может быть, ментальный блок стоит… Нужно попробовать его пробить.

— Так что дальше-то? — поторопил кукловода Винсент. — Надо дело делать да ехать отсюда.

— Может, подаришь его мне? — сказал вдруг Йорген, и я даже не сразу сообразил, что он имеет в виду. — В счет причитающейся доли. Раз он может воплощать заклинания первого круга, из него выйдет отличный источник. А это ценный товар в наших кругах.

— Нет, — категорически отмел это предложение Винсент. — Уговор дороже денег. Я сразу предупреждал, что ты не получишь ни этого сопляка, ни дочку Говарда. Ты согласился. И от завещанного предками долга отмщения я отступать не собираюсь. Убийца моих родичей должен умереть.

— Он и так будет жестоко наказан, — попытался переубедить своего компаньона Йорген. — Будет осознавать все, что с ним происходит, оставаясь безвольной марионеткой, позволяющей одному из моих товарищей оперировать заклинаниями высших кругов. Представь, какая отличная пытка выйдет — мучения, растянутые на долгие годы.

— Нет, — уперся Винсент. — Пусть сдохнет здесь и сейчас. Тем более уже решено, каким образом он примет смерть.

«Чтоб вы сами посдыхали, уроды», — озлобленно подумал я, прислушиваясь к спору своих пленителей.