«Я тоже готов вас туда проводить,— подумал он.— У нас здесь есть занятия поважнее, чем водить туда-сюда болтливых жуков, отвечая на их ерундовые вопросы и ломая голову над их загадочными афоризмами. Даже если эти жуки и пахнут, как флакон с маслом франджипани».

Троханов отдыхал в своей каюте, просматривая одну из трехмерных записей, которую не видел с тех пор, как улетел с Земли. Это была забавная вещь об одиноком мстителе, созданном с помощью генной инженерии и пребывающем в бесконечных попытках самореализации. Развязку создатели картины сознательно замаскировали. Главный герой трогал так же мало, как и его любовница, но на них было приятно посмотреть.

В данный момент их трехмерные фигуры активно занимались тем, что хотя и не представляло собой углубленного развития подтекста сюжета, все равно очень увлекало. Поэтому настойчивый вызов с мостика разгневал капитана.

— Холлис, я же не на вахте! — рявкнул он, зная, что всенаправленный микрофон передаст заместителю интонацию с той же точностью, что и слова.— Может, для вас это ничего не значит, но когда вы доживете до моих лет, вы научитесь ценить каждую, пусть и самую небольшую…

— Капитан, лучше бы вам подойти сюда,— перебила его женщина-офицер. Такая бесцеремонность не являлась чем-то беспрецедентным, но все же выглядела необычно. В голосе офицера пробивалось беспокойство, впрочем, вообще свойственное помощнику Троханова.

— Зачем? — его ноги уже спустились с койки.— Мы без всяких происшествий вышли из плюс-пространства, и в этой системе нет никаких сюрпризов. Какие-то неполадки с кораблем?

— Дело не в корабле, сэр. По крайней мере, так говорит Хэрэлл.

— Хорошо, хорошо! — Он влез в комбинезон, в котором ему полагалось находиться при исполнении обязанностей, проклиная устав, предписывающий командирам корабля и старшим офицерам всегда поддерживать связь с мостиком на случай, если понадобится их консультация.

По дороге на мостик капитан не встретил никого — ни в лифте, ни в коридоре. Что бы ни вывело Холлис из равновесия, паникой на корабле не пахло. Он не видел испуганных лиц, людей, бегающих туда-сюда.

«Хоть бы это была настоящая проблема,— раздраженно подумал он.— Или у меня состоится с помощником серьезный разговор!»

На мостике тоже не замечалось никаких видимых признаков неполадок. Хэрэлл сидел, наклонившись к своему пульту, как будто приблизившись к поверхности экрана на несколько миллиметров, он мог разглядеть больше важных сведений, выдаваемых приборами. Все члены экипажа второй вахты находились на местах и занимались своими делами. Несколько человек тихо беседовали, их поведение говорило о чем угодно, только не о неизбежной беде. Никто не повышал голоса, правда, на лицах некоторых было написано ожидание.

Ожидание чего? Капитан понятия не имел, что происходит и почему Холлис сочла нужным выдернуть его сюда посреди отдыха. И хотел лишь одного: побыстрее получить ответы на свои вопросы.

Развернувшись вправо, он двинулся в сторону Холлис, которая беседовала с Микер, корабельным специалистом по системам связи. Они обернулись, и Холлис не стала ждать, пока капитан заговорит.

— Мы ждем ответа на наши запросы с того момента, как пересекли орбиту Аргуса-5, но его до сих пор нет.

— У них сломался маяк,— мгновенно ответил Троханов.

— Все три сразу? — она твердо встретила раздраженный капитанский взгляд.

— Возможно,— парировал он, хотя про себя уже начинал оспаривать собственные выводы.

К их разговору присоединилась Микер — миниатюрная женщина с коротко и неровно подстриженными темными волосами и оттопыренными ушами. Троханов всегда нелестно отзывался о ее прическе. При всем при том природа наделила ее неожиданно сильным голосом, который выступал в качестве энергетического эквивалента ее мыслей в тех редких случаях, когда она считала нужным заговорить.

— Один маяк — ладно. Два — может быть. Три — никогда.

— Никогда не говори «никогда».— Троханов все еще не решился признать поражение, хотя понимал — с профессиональной точки зрения ему, скорее всего, придется согласиться с офицером-связистом.— Привал — новая планета, они всего пару лет как обосновались.

— Четыре года,— поправила Микер.

— Хорошо, черт возьми, пусть четыре.— Впереди, в узком изогнутом проеме иллюминатора были видны звезды и далекое пятнышко, Аргус-5, цель их полета.— Одновременные неполадки в работе маяков все равно возможны, особенно на планете, которую недавно начали осваивать.

— Из космопорта в Вельде тоже не отвечают,— спокойно, но настойчиво сказала Микер.

— Значит, их аппаратура также вышла из строя. Просто у них какие-то проблемы, только и всего.— Он наклонился к пульту и начал читать показания.

Микер повернулась к капитану. Сейчас она напоминала маленького тролля.

— Отсутствуют даже фоновые шумы. Ни трехмерного вещания, ни переговоров, словом, ничего. Даже свистов. С точки зрения средств связи планета мертва.

Подбор слов потряс Троханова, но внешне он остался спокойным.