— Это он подал идею выстроить город, — объяснила она. — Лесов здесь не много, воды хватает, почва хорошая, и Манхед будет процветать.

Стелла не стала с ней спорить и в блаженстве опустила руку в тёплую воду. Ванна… Разве может что-нибудь лучше! Наконец-то она будет чистой, наконец-то от неё не будет пахнуть этим противным лесом, а волосы перестанут напоминать мочалку!

Смыв с себя дорожную пыль, принцесса тщательно расчесала пушистые волосы и скрепила их атласной лентой. Они ещё не высохли — ну, да это не беда! Внизу есть камин, можно попросить затопить его и сеть рядом.

Переодевшись, Стелла сложила грязную одежду возле ванной. Меч девушка засунула под матрас, а кинжал, немного подумав, взяла с собой.

Она вышла в коридор и прислушалась: шум доносился только снизу, из общего зала. Пустой желудок подсказал, что ей следует спуститься туда, а не ждать Маркуса в коридоре.

Когда девушка спустилась вниз, принц уже сидел за столом и за обе щеки уплетал жареную свинину.

— Присоединяйся! — кивнул он ей с набитым ртом.

Стелла бросила на него укоризненный взгляд, но ругать не стала. Есть ей хотелось гораздо больше, чем затевать ссору, которая, как известно, не способствует наилучшему усвоению пищи.

Вечером постоялый двор неожиданно превратился в очаг культурной жизни: хозяин приказал расчистить посредине зала свободное пространство и соорудить там что-то наподобие сцены. Посетители (а их было немало) притихли, даже на время перестали прихлёбывать эль из кружек.

С улицы в зал вошла Фавия. На ней было облегающее платье с чрезвычайно широкой юбкой.

— Здравствуй, Фавия! Как дела, Фавия? — послышалось со всех сторон.

— Да тише вы! — шикнул на них Таджер. — Только девчонку смущаете — а ведь у неё голос!

Фавия благодарно улыбнулась ему и поднялась на помост в центре зала. Все притихли, внимательно следя за каждым её движением. Она откашлялась, сложила руки на груди и начала петь. Её голос взлетал то вниз, то вверх, порхая по нотам, словно маленькая певчая птичка, то становился нежным, детским, беспомощным, то крепчал, обретал стальные, гордые нотки.

Руки Фавии, до этого покорно сложенные и спокойные, теперь превратились в крылья и взлетали и падали вместе с её голосом. Лицо её оживилось; сама она чуть подалась вперёд и легко покачивала станом из стороны в сторону.

Фавия будто и не дышала вовсе, во всяком случае, тонкое, сложное кружево мелодии, вылетавшее из её груди, не прерывалось ни на долю секунды.

Казалось, всё вокруг наполнилось музыкой; её голос был повсюду, оплетя всё пространство зала, каждый его уголок. Принцессе почудилось, что даже пламя свечей колышется в такт голосу Фавии. Она поистине была божественна.

Раскрасневшись, Фавия взяла необычайно высокую ноту, удержала её и плавно спустилась с заоблачных высот вниз, чтобы снова вспарить вверх и так там и остаться.

Она замолчала, а звук её голоса всё ещё дрожал, замирая в самых дальних уголках постоялого двора.

— В будущем году я отвезу Вас в столицу, леди Фавия, Вам тут не место, — первым заговорил представительный холёный мужчина, в одиночестве сидевший за ближайшим к сцене столом.

— Спасибо, сеньор Маттей, — смутившись, ответила Фавия и спустилась на пол. — Мне… мне не следовало приходить сюда.

— Что верно, то верно. Они, — он обвёл рукой зал, — мало что смыслят в искусстве.

— А Вы смыслите? — усмехнулась Стелла.

Ей не понравилась самонадеянность этого человека, его презрительное отношение к другим людям. Да и покровительственный тон тоже.

Маттей обернулся и окинул её придирчивым взглядом. Постепенно его взгляд смягчился; в нём появился интерес. Он встал и неспешно направился к её столу.

— Ну зачем ты, Стелла? — тихо пробормотал Маркус, толкнув её под столом ногой. — Теперь у нас будет куча неприятностей.

— Кто Вы, прекрасная незнакомка? — Глаза Маттея скользнули по её лицу.

— Я? — Принцесса самодовольно улыбнулась и выдержала паузу. — Достопочтенная лиэнка, которая, смею Вас заверить, понимает в искусстве.

— Я имел в виду Ваше имя.

— Моё имя? Странно, что я должна его называть. Да-да, именно странно, потому что обычно мне этого не требуется в силу моего положения.

— И кто же почтил нас своим вниманием?

— Лиэнская принцесса.

— Ваше высочество? — Его брови удивлённо взлетели вверх.