Хонор с Нимицем на руке проводила адвоката до выхода. Позади, как всегда, шествовал Лафолле.

– Спасибо за визит и за ваше согласие, – сказала леди Харрингтон уже в гулком фойе особняка.

– Всегда к вашим услугам. С нетерпением жду, когда смогу приступить к работе. Уведомление о своем согласий я направлю Уилларду, а копию пришлю вам.

– Договорились.

Она остановилась у двери. Сообразив, что хозяйка не может подать ему руку, поскольку держит на ней древесного кота, Максвелл улыбнулся.

– Вижу я, кто в этом доме хозяин, – пробормотал он.

Хонор рассмеялась.

– Уверяю, вам это только кажется. Вот познакомитесь с его супругой, тогда поймете, кто здесь всем заправляет.

– В таком случае, буду с нетерпением ждать встречи с нею… и с их детьми, – со смехом сказал он и, покачав головой, добавил: – Должен сказать, ваша светлость, что предстоящая работа обещает стать еще более интересной, чем я надеялся.

– Тут вы совершенно правы, мистер Максвелл, скучно не будет. Подозреваю, она будет именно интересной… в том смысле, какой вкладывали в эти слова древние китайцы.

– Прошу прощения?

– У них было такое проклятие: «чтоб тебе жить в интересное время». Задумайтесь об этом, мистер Максвелл.

– Не стану, ваша светлость, – заявил Максвелл. – Но осмелюсь, со всем моим почтением, заметить что, как и многие ваши сограждане, вам я пожелал бы в ближайшее десятилетие проводить время не столь «интересно», как в предыдущее.

– Постараюсь, – заверила она его. – Правда, постараюсь. Просто…

Хонор беспомощно подала плечами, и Максвелл рассмеялся.

– Наверное, мне придется привыкнуть к подобным заверениям вашей светлости, – сказал он, и, когда МакГиннес распахнул перед ним дверь, кивнул в знак прощания.

Едва дверь за адвокатом затворилась, как Лафолле тихонько засмеялся. Хонор повернулась к нему, подняв бровь.

– Мне подумалось, что это здорово – заполучить в одном лице не только главного юридического поверенного, но еще и предсказателя.

– Предсказателя?

– Конечно, миледи. Он уже утвердил себя в этом качестве.

– Возможно, я пожалею, что спросила, но все же: что такого успел предсказать мистер Максвелл?

– Ну… тот факт, что ему придется привыкнуть к вашим обещаниям вести себя благоразумно.

– Вы на что намекаете: хотите сказать, будто я говорила это неискренне?

– Что вы, миледи! Ваши обещания искренни настолько, насколько это вообще возможно… в том момент, когда вы их произносите.

Хонор одарила его убийственным взглядом, но телохранитель выдержал его с невинным выражением лица, в то время как МакГиннес у нее за спиной почти преуспел в своих попытках совладать со смехом.

– Все в порядке, миледи, – тоном утешителя сказал гвардеец. – Мы ведь знаем, вы и правда стараетесь.

Гражданин капитан Оливер Диамато нажал кнопку, чтобы отрегулировать свое командирское кресло на капитанском мостике только что принятого им линейного крейсера Народного флота «Уильям Шерман». Спинка зафиксировалась под нужным ему, а точнее, его ноющей после очередного сеанса терапии спине, и он медленно повернулся, обозревая свои новые владения.

Порой он даже сожалел о том, что его повысили до капитанского ранга и доверили ему эту новехонькую, сверкающую игрушку. Правда, желания отдать ее обратно не возникало, хотя на флотах, даже революционных, с пониманием относились к офицерам, трезво оценивавшим свои возможности и не претендовавшим на самостоятельные командные должности. Вздумай он отказаться, это не навлекло бы на него никаких неприятностей, но и о дальнейшем продвижении следовало бы забыть. Возможно, из этого правила и бывали исключения, но Диамато о них не слышал.

Кроме того, он понимал, что «Шерман» представляет собой знак поощрения и доверия со стороны флота в целом и гражданки Секретаря МакКвин в частности, и, если быть честным перед собой, считал такое доверие заслуженным. Другое дело, что, вспоминая своего последнего капитана, Диамато отчетливо сознавал: чтобы стать таким командиром, каким была гражданка Холл, ему придется пройти еще очень долгий путь.

Стоит отметить, что он имел весьма неплохую для Народного флота техническую подготовку, а как тактик был одарен от природы. Правда, уровня капитана Холл Оливер в этом отношении еще не достиг, ей и самой на оттачивание природных талантов потребовались десятилетия, зато она показала ему, как надо учиться. Диамато недоставало ее руководства, однако гражданка капитан наставила его на верный путь, позволявший надеяться, что со временем он сможет сравняться с ней в тактическом мастерстве. Хотя достичь ее уровня по части умения сплотить людей, превратив команду в тонко отточенное, смертоносное оружие, ему будет гораздо труднее. Хотя бы потому, что он, как и многие офицеры, выдвинувшиеся при новом режиме, продвигался вверх слишком быстро. У него не было времени набраться опыта, какой имелся у Джоанны Холл… а ей не хватило времени, чтобы этот опыт передать. Хотя, Бог свидетель, она старалась изо всех сил!