Неизвестно, как в остальном, но в этом Наташа была абсолютно права. Какой бы сильный запой не был, он всегда имеет конец. Как-то проснувшись, Кузьма не стал искать водку, а оделся и ушёл из дома. Прокурор зашёл на почту и заказал разговор с Москвой. Целый час он ждал пока дадут связь со столицей, целый час пришлось сидеть в душной маленькой комнатке, чтобы поговорить всего несколько секунд.

— Вася, — сказал он, — Тот, через кого я хотел перепроверить информацию, оказался противником. Других каналов у меня нет — только враги.

Выйдя из почты, прокурор зашёл на службу, но через два часа вышел из прокуратуры и пошёл домой.

Наташа, увидев своего мужа трезвым, не поверила своим глазам. Это был её звёздный час, подарок судьбы. Сейчас или никогда. Промедление смерти подобно. Она опрометью забежала в ванну и переоделась в специально приготовленное для этого случая нижнее бельё. Она приобрела его на рынке за сумасшедшие деньги. По словам продавца ни один мужчина не сможет устоять если предстать перед ним в таком интимном наряде. Накинув халатик так, чтобы самые аппетитные места были "совершенно случайно" видны, она побежала в прихожую встречать мужа.

— Кузя, как хорошо, что ты сегодня так рано освободился!

— Ты так считаешь?

— Конечно, родной. Всё дела да дела. Ты, наверное, уже и забыл, что я женщина, а ты мужчина.

Жена обняла супруга и прижалась к нему полуобнажённой грудью. Однако на мужа большого впечатления это не произвело. Она попыталась поцеловать его, но муж уклонился. "Всё ясно — подумала она. — После такого длительного запоя ему действительно не до этого. Организм должен восстановить силы. В этом деле, как говорят врачи, — главное не навредить". Поняв, что первый залп оказался холостым, женщина моментально сменила тактику.

— Кузя, а помнишь ты мне рассказывал что-то про вавилонскую башню?

— Ну.

— Я не поняла, в чём там смысл?

— А зачем тебе это?

Наташа решила направить своё оружие на другую мишень. И если секс не привлекал мужчину, то на него можно воздействовать и через другие органы. Не даром говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Супруга оставила мужа в покое и побежала накрывать стол на кухне.

— То есть как это зачем? — кричала она с кухни. — Ты же знаешь, вот и я хочу.

Кузьма вымыл руки, зашёл на кухню и сел за стол.

— Ты всё равно не поймёшь.

— Я, конечно, не такая умная, как ты, но может быть я пойму?

— Тут дело не в уме. Чтобы это понять, совсем не обязательно быть академиком.

— Тем более. Зачем люди строили эту башню?

— Понимаешь, всё это иносказательно. На самом деле этой башни вообще, наверное, не было.

— А что же тогда было?

— Почему было? Это и сейчас есть.

— Что есть? — Наташе вдруг показалось, что её муж ещё не совсем протрезвел.

— Как что? Желание человека быть выше других.

— Ну?

— Что ну? Вот ты, например, зачем ты напялила на себя это уродство? — Кузьма показал на нижнее бельё, которое откровенно выглядывало из-под халатика.

— Как зачем? Я женщина, а ты мужчина. Неужели не понятно?

— В том-то и дело, что понятно. Мужчину должна привлекать женщина, а не кружева.

— Я могу снять.

— Причём тут снять или одеть. Я тебе объясняю про вавилонскую башню. Ты, желая привлечь меня, пытаешься стать красивее, чем ты есть на самом деле. Поняла?

— Ты хочешь сказать, что я некрасивая?

— Я хочу сказать, что надо быть тем, кем ты есть, а не казаться лучше, чем остальные.

Наташа придурковато улыбнулась, скинула халат и сняла дорогое нижнее бельё.

— Что ты голая сидишь? — сделал ей замечание муж.

— А тебе не нравится?

— Нравится, только в нужное время и в нужном месте, а за обедом поперхнуться можно.

Пришлось опять надеть халатик.

Кузьма, что называется — завёлся, и говорил уже, не обращая внимания на то, слушает его жена или нет. А жена слушала, ловя каждое его слово, каждый жест. Слушала, но ничего ровным счётом не понимала.

— Так вот я и говорю, — продолжал он. — У каждого человека своё предназначение. Человек по своей сути — уникален и никто не может быть выше него, ибо одинаковых людей не существует. Однако, многие завидуют, что у соседа крест легче и пытаются облегчить свой. А когда не получается, то начинают делать вид, что их крест легче и удобней.

— Какой такой крест? — робко переспросила жена. Но муж не услышал вопроса.

— Вспомни сама, как мы жили раньше? Я служил в НКВД, ты работала там уборщицей. Какие это были счастливые годы! Как мы любили друг друга!