Шрифт:
«Хрен с ним, перетерплю, — подумал Кудасов. — Пусть покуражится в своём последнем рейсе!»
Но он не знал, что этот рейс может стать последним для всего человечества.
— Задраить двери! Включить наддув! — раздались обычные стартовые команды. Но потом подполковник Ефимов вышел за пределы официальных команд.
— Внимание экипажу! — строго сказал начальник поезда. — То, что происходило после успешного боевого пуска, — забыть! На борту «изделие», мы находимся на боевом дежурстве! Никаких расслаблений, никаких отклонений от устава и приказов, никаких нарушений дисциплины! За любое нарушение виновные понесут строжайшую ответственность!
БЖРК тронулся с места и принялся набирать скорость. Он ещё не вышел за пределы части, когда Оксана позвонила в Тиходонск.
— Василий, здравствуйте! — как всегда в подобных случаях, она говорила официальным тоном, чтобы на телефонном коммутаторе никто ни о чём не догадался. — Это Оксана Федоровна. Я освободилась. Завтра можете присылать за мной машину. Я хочу проведать маму…
Барби гордилась своей хитростью.
— Конечно, Оксана Федоровна, всё будет исполнено! — так же официально сказал Мачо и отключился.
С шестнадцатого этажа гостиницы «Сапфир» были видны крыши старых, доживающих свой век домишек. Чем-то они напомнили крыши старого Парижа. Дальше широкая река, живописное левобережье… Там они с Оксаной действительно прекрасно провели время. У неё замечательная фигура, очаровательные ножки, подвижные и сильные интимные мышцы, что встречается крайне редко… И вид главного женского органа необычен: аккуратная щёлка, как у маленькой девочки, только вытарчивающий красный бугорок показывает, что она уже взрослая. А разогревшись, щёлка распускается в прекрасный бутон, как элитная роза… От этих воспоминаний холодный профессионал затрепетал. Оксана действительно замечательная девушка, и он действительно её любил. Но завтра она напрасно будет ждать его и готовиться к новым любовным приключениям. Потому что любовь — это одно, а работа — совсем другое. Очень хорошо, когда они пересекаются, и ничего не поделаешь, когда они расходятся…
Он набрал номер Мусы Хархоева.
— Передай дяде, что племянник выехал, — сказал он и выключил аппарат. Теперь его можно выбросить. Потому что задание выполнено. Достав из шкафа бутылку 12-летнего шотландского «Glen Spey», он повалился в удобное кресло и сделал первый глоток. Мягкая ароматная жидкость обожгла горло и пищевод. Надо было добавить льда, но ему не хотелось двигаться. Он выложился полностью. И сделал всё, что от него зависело. Впрочем, как и всегда. От того, что являлось конечным результатом задания, он всегда абстрагировался, как и технический гений, профессор Лоуренс Кольбан.
Теперь нужно уезжать. Из «Сапфира», из Тиходонска, из России. Маршрут эксфильтрации отработан и не должен вызвать осложнений. Разве что дождаться подтверждения? Нет, к чёрту… Но шевелиться не хотелось. Он слишком устал. В конце концов, всё сработано чисто, он ни в чём не засветился. Так что можно задержаться до завтрашнего утра, выспаться, отдохнуть. А заодно и получить подтверждение, чтобы совесть была спокойной…
Глава 2
Обратной дороги нет
— Нет, товарищ капитан, такое редко бывает, — часовой на КПП почему-то чувствовал себя виноватым.
Атлетические светловолосые парни, прибывшие с особыми полномочиями из Москвы, всерьёз взялись за режим охраны дивизиона. Каждую ночь БТР патрулировал вокруг внешнего периметра, а днём несколько патрулей прочёсывали прилегающие окрестности. В результате местные перестали приближаться к забору ближе чем на триста метров. Даже коровы и козы близко не подходили. Как москвичам удалось этого добиться, оставалось только догадываться.
К тому же Малков и Ломов взяли моду беседовать со всеми обитателями городка — от старших офицеров до рядовых. Задавали самые разные вопросы, расспрашивали о ничего не значащих мелочах. Но все понимали, что без крайней необходимости лучше им не врать. Да и при крайней необходимости — тоже. Себе дороже обойдётся.
— Солдаты в самоволку не ходят, с этим у нас строго, а офицеры — они ведь люди вольные, иногда отлучаются. Обычно на два часа, может, на три. Вот, правда, был случай, когда старший лейтенант Кудасов с женой аж утром пришли…
Круглолицый сержант улыбнулся.
— Утром? — насторожился Владислав.
— Ну да, часов в семь. Я как раз дежурил. А потом ещё раз, как нарочно, в моё дежурство его жена уезжала. С чемоданом в шикарную тачку села. А водитель — такой здоровый мужик, видный, вроде вас, только чернявый. Я уж, грешным делом, подумал, что она того… Насовсем! Но нет…
Часовой шмыгнул носом.
— Потом Кудасов в город уехал, а вернулись они вместе…
— Когда всё это было? — Малков достал из внутреннего кармана крохотный компьютер и приготовился записывать.