— Бонифаций и что же мы с тобой теперь делать будем? — вздохнув, поинтересовалась у малыша Рада. — Ладно, пошли сначала поедим, — решила она и направилась на кухню. Бон есть категорически отказался, поэтому Рада ужинала в одиночестве, малыш развлекался тем, что играл кончиком тетушкиного хвоста. Вернее Рада подразнивала его кончиком хвоста, но ухватиться не давала.

— О, ты дома, сделай пожрать, — заглянул в кухню один из ее старших братьев.

— Разбежалась, — жуя, буркнула Рада.

— Ах, ну да, я забыл, мы же теперь деловые, мы же задницу от стула поднять не можем.

— Мы можем, — очаровательно улыбнулась Рада. — Но приведи мне хотя бы три причины, по которым я должна это сделать.

— Я твой старший брат.

— И все? — удивилась Рада, не отрываясь от ужина, при этом, успевая вовремя отдергивать хвост от цепких ручек племянника.

— Конечно, этого одного достаточно.

— Этого достаточно для того чтобы ты к моему приходу подавал ужин, — перебила его Рада. — Раз уж ты у нас старший, должен заботиться о младших.

— Договоришься у меня сейчас, я тебе рога-то пообламаю.

— Рискни, — мило улыбнулась Рада. — Вот черт, — Бон все-таки ухватил ее за хвост и впился в него зубами.

— Так тебе и надо, — засмеялся бес. — Будешь знать как умничать. Бони, накрути-ка тетке хвоста как следует.

— Бон, хочешь посмотреть как тетя Рада твоего дядю сейчас размажет по стенке? — поинтересовалась чертовка. — Весело будет.

— Ха-ха, напугала, — огрызнулся Раде в ответ брат, но из кухни предпочел уйти, так на всякий случай. В том, что размазать она может, он не сомневался. Не так давно, самая старшая дочь Па Ада, что-то не поделила с Радой. Аду лечили очень долго, физически она поправилась быстро, но вот заикается до сих пор.

— А где моя жена? — завалился на кухню муж Лилл.

— Ушла, — Рада вручила папаше ребенка и поспешила выскользнуть за дверь.

— Эй, стой, у меня дела, — раздалось ей в след, но оставаться в няньках весь вечер Раде не хотелось, и она выбежала на улицу.

— Пора сматываться из этого дома, — со вздохом решила она и направилась к университету, там всегда было полно объявлений о сдаче жилья и поиске соседей.

На доске висело много объявлений, но в основном соседей себе искали учащиеся, а жить с пятью-шестью студентами Раде не хотелось. Отдельная квартира была чертовке не по средствам, оставался вариант найти соседа или соседку в более-менее приличном доме.

— Мой тебе совет, — услышала Рада за спиной, не предназначенный для нее разговор. — Жилье ищи среди ангелов, а отдыхать ходи к чертям.

Девушка осторожно обернулась и фыркнула, лиловые, серединка на половинку, не ангелы и не черти, а так называемые наблюдатели. Лиловых черти презирали даже больше чем ангелов, ангелы хотя бы четко знали чего хотели и шли к этому, ангелы в широком смысле были воплощением добра, черти — зла, а лиловые были воплощением нерешительности и отсутствия способностей. По крайней мере, так считала Рада, все заявления учителей о том, что всегда должна быть третья независимая сила она пропускала мимо ушей. Но идею лиловенький подал хорошую, Рада стала просматривать объявления о поиске соседей в районах, где жили ангелы.

— Вот гады, — вздохнула она, в каждом объявлении о поиске соседа стояла приписка, «только ангелам» или «только ангелам и лиловым». Раза зло щелкнула хвостом, распугав группку студентов.

— Чего буянишь? — вышедший из дверей университета Велл, заметил чертовку. — Не нашла ничего подходящего?

— Нет, — буркнула Рада. — Вот скажи мне, почему ангелочки так чертей и бесов бояться?

— Почему ты решила, что они их бояться? — удивился Велл.

— Сам посмотри. Только для ангелов, только для ангелов, только для ангелов и лиловых, только для лиловых и ангелов, — прочитала Рада на объявлениях.

— А, ты в этом смысле. Они не бояться, они заботятся о своем удобстве и удобстве соседей. Жить рядом с чертями очень неуютно, — Велл старательно подбирал слова.

— А как же ангельское терпение?

— Мало кто способен терпеть постоянно, ангельское терпение тоже не вечно.

— Хлюпики, — буркнула Рада.

— Рада, — укоризненно покачал головой Велл.

— Хлюпики, — повторила Рада громче. — Ты может и не такой, а остальные…

— Я тебя понял, — не дал ей договорить ангел. — Пойдем, расскажешь, что у тебя произошло, может я смогу помочь.

— Ну, скажи, разве я так многого хочу? — спросила Рада, закончив свой рассказ. — Я же идеальная соседка. Дома я шуметь не привыкла, с этой чертовой работой я прихожу и заваливаюсь спать, и вообще я почти ангел, ну только с рожками.

— Ангел, — засмеялся Велл, а потом вдруг совершенно серьезно спросил. — А почему ты выбрала не ангельский факультет?

— Ты что серьезно не понимаешь? — удивилась Рада. — Хотя да, ты не понимаешь. Какой из меня ангел? Я ненавижу правила и ненавижу им подчиняться, я не считаю, что людей надо строить сообразно заповедям и бдить, чтобы они ни-ни. Это же не жизнь получается, а ужас что такое, хуже ада. Ограничения, ущемления, молитвы. А еще эти ваши песнопения, бе.