Ангелы, по окончании обучения становились либо хранителями, либо работали на Земле под видом людей, либо были смотрителями в «раю» и чистилище.

Черти либо становились наблюдателями за ангелами-хранителями, либо занимались искушениями или коррекционной работой, как они это называли, либо работали в «аду» и чистилище. Чертей было значительно меньше чем ангелов, эта тенденция не менялась уже много тысячелетий, но помимо этих двух противоположных лагерей, были еще и лиловые, те кто не определились с выбором или те, кто целенаправленно хотел быть арбитром. Лиловые решали возникающие споры, следили за тем, чтобы равновесие не нарушалось, и не было перегибов ни в сторону «добра» ни в сторону «зла». Иногда случалось так, что лиловые переходили к ангелами или чертям. А бывали, хоть и очень редко, случаи когда ангел отказывался от крыльев, становясь лиловым или даже чертом или черт, становился либо лиловым, либо ангелом. Подобный переход восторженно воспринимался стороной принимающей, и был трагедией для стороны терявшей специалиста. Для потерявших большой потерей это было еще и потому, что меняли сторону чаще всего отнюдь не самые не способные члены группы.

Малочисленность чертей компенсировалась наличием бесов, стоявших ниже по иерархической лестнице и не имевших высшего образования. Были в обществе и те, кто после школы не учился вообще нигде, эти граждане выполняли остальную необходимую работу, не связанную с людьми на Земле. Собственно весь этот мир был порождением мира людей, и ангелов и чертей человечество придумало само, Господь бог тут был почти не причем, но Творцу такой расклад показался удобным и данный мир не просто остался существовать, он еще и активно влиял на своих прародителей. Над ангелами стояли архангелы, над чертями демоны, и те и другие были творением бога и, в отличие от представителей этого «потустороннего» мира, были бессмертны. К тому же они не выбирали свое предназначение, они уже рождались или добром или злом. И архангелы, и демоны своих помощников довольно часто посещали, всячески вмешиваясь в их жизнь, но не так как ангелы или черти вмешивались в жизнь людей, а открыто, наставляя, помогая или мешая, в зависимости от ситуации. Велл слышал о том, что были случаи, когда особо выдающиеся ангелы делались бессмертными, переходя в ряды архангелов, но таких случаев было всего несколько, правда и черти демонами становились не намного чаще. А в целом его мир жил практически по тем же законам что и мир людей, а как могло быть иначе, ведь выдумали его люди по образу и подобию своему.

Все это студенты уже прекрасно знали, Веллу же предстояло помочь им выбрать дальнейший путь, а это было сложно и очень ответственно. Можно было сколько угодно объяснять что ангелы и черти не враги друг другу, по сути, они выполняют одну и ту же работу, только разными способами, но кто из студентов мог это услышать? Он и сам, в бытность студентом пропускал это мимо ушей, не вслушиваясь и не понимая. Только теперь, после пяти лет работы он понял эту не сложную, в общем-то, истину, но Велл был неординарным ангелом, многие так и не могли принять этого до конца своих дней.

— Замучили тебя студенты? — сочувственно спросила Рада, когда Велл поздно вечером вернулся домой. — Ужин сейчас будет, иди мой руки. Отдаю долг, — улыбнулась она на удивленный взгляд ангела.

— Ты мне ничего не была должна, — Велл устало опустился за стол, складывая крылья. — Но все равно спасибо, я тронут.

— Твой недоделанный архангел сегодня опять выл на балконе, — сообщила Рада, усаживаясь рядом с кружкой чая. — Причем совсем не то что вчера. Он каждый день репертуар меняет? — ангел кивнул. — И каждый день это так же бездарно? — не унималась Рада, Велл снова кивнул, спорить о предпочтениях и вкусах у него не осталось сил, к тому же его самого не слишком радовали песнопения соседа. — Какая прелесть, — воскликнула девушка. — Велл, можно я приятелей приведу послушать? Они вдохновятся, может даже подпоют.

— Нет, — ангел едва не подавился. — Рада, мы договорились, никаких чертей.

— А если не сюда, а под окна? Это же несправедливо, что черти обделены таким счастьем. Ладно, поняла, ешь спокойно.

— Что-то мне уже не хочется, — нахмурился Велл.

— Ешь, а не то я решу, что тебе стряпня моя не нравится, и смертельно обижусь.

— Мне нравится, вкусно, но друзей все же не надо.

— Ладно, — вздохнула Рада. — Я им сама перепою, — улыбнулась она. — Хотя, думаю, передать оригинал у меня получится плохо, — она тяжело вздохнула. — Я пою лучше.

Велл хрюкнул от смеха, но ничего не сказал, потому что в данный момент усиленно жевал.

— Как твоя работа? — спросил он, прожевав. — Справляешься с шестью десятками подчиненных.

— Даже не думала, — заявила Рада. — За старыми присматриваю, а к новеньким даже подходить не буду.

— Они, наверное, счастливы, — улыбнулся Велл.

— Наверное, — согласилась девушка. — Видишь, я тоже могу сделать ангела счастливым, — улыбнулась она. — И для того даже усилий прилагать не нужно.

— Тебя же накажут.

— Пусть только попробуют, — Рада стала серьезной. — Я узнавала, шестьдесят ангелов в попечении только у двоих чертей, но они получили их только на третий год работы. Понимаешь, на третий год, а не на третью неделю. И то они стонут что тяжело. Если я сейчас возьмусь за новых ангелов, то на меня и на них навалят еще, а мне это совсем не надо. Скажи, а твой отец с хранителями работал?

— Работал после института, — кивнул ангел. — Правда, не долго, его довольно быстро перевели к искусителям.

— Там интереснее, — завистливо вздохнула Рада. — Надо будет зайти к нему посоветоваться. Как думаешь, ничего если я к нему зайду?

— Я не знаю принято ли у вас это, — пожал плечами Велл. — У нас ты бы смогла подойти хоть к архангелу, если тебе нужен совет.

— Ну, к архангелу я точно не пойду, — решила Рада. — А вот к господину Тауэру загляну.

Но утром заглянуть к отцу Велла Раде не удалось, не успела она переступить порог работы, как на нее налетел взбешенный начальник. Он орал, что Рада доведет его до преждевременной кончины, что он поседел из-за нее раньше времени, что благодаря ей, он вынужден был выслушивать нотации лиловых, что она нарушает равновесие, отказываясь навещать своих ангелов хранителей и еще много чего, не всегда цензурно и ни разу не понижая голоса.