— А где он сейчас?

— Понятия не имею, — удивилась девушка. — Мы три года не виделись, даже больше.

— А сколько тебе лет? — Ллио решил вытащить из неё побольше информации, пока она отвечает.

— Точно не знаю, — огорошила его Тхар. — У меня в документах, конечно, записана дата, но меня просто назвали по имени королевы, в день которой меня мать привела в обитель Разделяющих печаль. Она там умерла, документов никаких, мне на вид было года три, так Разделяющие и записали. А потом отправили к дедушке с бабушкой, благо всё же нашли мамин документ, и оказалось, что они живут недалеко. Они просто чуть в обморок не упали, когда меня увидели, потому что о дочери ничего не слышали лет десять, с тех пор, как она в один прекрасный день умотала неизвестно куда и неизвестно с кем. В общем, как меня на самом деле зовут, когда я родилась, и кто мой отец, я понятия не имею. А лет мне где-то двадцать один — двадцать два, наверно…

— А сахези? Почему ты одета как они?

— А, я их потом встретила и где-то год ходила с ними, — беззаботно сказала Тхар. — А что касается пончо, сапог и штанов, так мне подруга-горянка подарила. А ты что подумал, великий логик?

— Что ты полукровка, — честно признался эльф.

— Не, — Тхар остановилась, — мне просто с ними понравилось, а он взяли меня к себе, сказали, что покажут мне дороги. Я столько новых мест увидела! Ну вот, мы пришли.

— Куда? — эльф огляделся и не заметил ничего особенного.

— На самую высокую точку. Отсюда будем уже спускаться, медленно, но верно. Хорошо, что мы успели сюда до снегопада. А пока предлагаю сесть и перекусить.

Эльф не стал возражать, надеясь, что некоторое количество еды в животе поможет согреть всё остальное тело. Поэтому на этот раз он не отставал от девушки, и запасы значительно уменьшились.

— Слушай, а почему у тебя конь такой заморённый? — с осуждением поинтересовалась девушка, когда Ллио укладывал сумки. Эльф возмутился и рассказал, что эту дохлятину ему подсунули вместо сдачи за великолепного, удивительного, прекрасного, неподражаемого коня…

— … которого они же и свели на следующий день у лопухастого эльфа, — фыркнула девушка. — У тебя такое лицо, что только ленивый не возьмётся облапошить.

— Что не так с моим лицом?! — возмутился эльф.

— Наивное оно у тебя… Ну ничего, теперь с тобой я, а меня никто не надует! Разве что кто-то особо умный. Но сахези, например, нам уже нечего бояться, они видят, что я своя, проверяют, и не трогают.

У Ллио в голове вертелось ещё много вопросов, но он решил, что пока достаточно, а то Тхар может упереться и снова начать уходить от ответов.

Вечером пошёл снег. Ллио только поразился чутью девушки и поплёлся дальше за ней. Вокруг в абсолютной тишине падал снег, медленно, редкими снежинками. Эльф ловил их на рукав и рассматривал удивительные звёздочки.

— Ты никогда не видел снег? — спросила Тхар.

— Падающий — ни разу. Красота какая…

— Ага, — девушка оказалась рядом, протянула затянутую в перчатку руку, — смотри, какая большая.

— Ух ты! Красиво! — восхитился эльф, рассматривая снежинку.

— Да, — девушка помолчала, потом сказала: — Нам под этой красотой ночевать придётся.

— А разве, — начал эльф и запнулся. «Действительно, с чего это я взял, что домики будут попадаться, как только моему изнеженному эльфийскому сиятельству возжелается? Надо было взять шкуры… хотя чужое брать нехорошо, опять же, кто-то туда придёт, а спать не на чем. Ну ничего, спальник у меня тёплый, отдам его Тхар… Да я совсем окоченею к утру! Придётся ложиться поближе…», — мысленно застонал эльф. Он твёрдо решил, что раз девушка не делает никаких авансов, что вызывало у него огромное чувство облегчения, то надо приложить все усилия, чтобы такая мысль даже не закралась в её прекрасную головку.

Поэтому вечером, вернувшись к месту привала, он только уставился в обалдении на Тхар, выглядывающую из спальника, когда она невозмутимо сказала:

— Давай, залезай, я соорудила нам отличную постель.

Постель и правда была неплохая: девушка сложила под скальным навесом вещи так, что они заменили собой подушку и полматраса, снег уже не шёл, а в спальнике вполне хватало места для стройного эльфа и не менее стройной девушки, но…

— Тхар… у нас не принято, чтобы мужчина и женщина спали вместе, — эльф покраснел до кончиков ушей, сообразив, что сказал, но Тхар только весело хихикнула:

— А как же дети появляются, извращенцы вы этакие? Ладно, это была шутка, давай лезь быстрее, я тут уже нагрела местечко, а теперь выстуживаю из-за какого-то стеснительного эльфа!

— Но, — пискнул юноша, но не успел развить свою мысль:

— Ллио!! — сдавленно взвыла девушка. — Я не собираюсь тебя домогаться! Скоро тут будет так холодно, что если ты будешь спать снаружи, к утру проснёшься без носа и ушей, а погодя обнаружишь, что ты вообще призрак!!

Ллио нервно усмехнулся, стянул сапоги и неловко полез в мешок.